Лондон, аэропорт Биггин-Хилл, 29 ноября, 11:40

Лондон, аэропорт Биггин-Хилл, 29 ноября, 11:40

Машина поднималась к вершине живописного холма. Кристина вопросительно посмотрела на Питера — он улыбнулся. Вопросов она уже не задавала. Поначалу на них отказался отвечать Гордон, мотивируя отказ обещанием молчать. Ну а потом, обнаружив в машине ожидавший ее пакет с теплой курткой, шапочкой и перчатками, Кристина поняла, что эта поездка готовилась долго и тщательно, о чем и сообщила Питеру.

Нет, милая, совсем недолго. И продолжает готовиться. И будет готовиться еще как минимум сутки. Но ты об этом узнаешь чуть позже.

Питер продолжал загадочно молчать. Кристина огляделась: они остановились у металлических ворот. Гордон склонился к переговорному устройству:

— «Девенпорт Прайваси Протекшн».

Ворота открылись, и автомобиль поехал вдоль длинного забора.

Кристина повернулась к Питеру:

— Почему такое название?

— «Девенпорт Прайваси»? Я тебе рассказывал.

Он интуитивно покосился в сторону шофера. Кристина мягко объяснила:

— Я про фамилию. Каково это, когда твоя фамилия не только твоя, но написана на здании, бланках, ручках?..

— Ну, так как идея была Патрика, а деньги — мои, мы хотели указать в названии две фамилии: Девенпорт-О’Брайен. Но потом маркетологи задурили ему мозги, и он настоял на том, чтобы его фамилию убрали.

Идиот!

Кристина видела, что Питеру это неприятно до сих пор. Но он говорил с ней об этом, значит, хотел, чтобы знала. Она взяла его за руку:

— А почему?

Он поморщился:

— Потому что «обеспеченные британцы до сих пор с опасением относятся к ирландцам». Потому что «Девенпорты богаты, а деньги всегда охотнее идут к деньгам». Потому что «две фамилии в названии — это перевес, а вот одна — самое то». И бла-бла-бла все такое…