— Малышка, это будет быстро… Сегодня будет очень быстро…
И почти сразу же послышался странный звук: Питер будто захрипел, и все закончилось. Он упал рядом.
Лондон, резиденция маркизов Солтлейн, 28 ноября, 16:42
Лондон, резиденция маркизов Солтлейн, 28 ноября, 16:42
Кристина слегка пошевелилась, и он посмотрел в ее сторону. Она лежала на спине, и благодаря пробивающейся через шторы щелочке света он видел ее силуэт.
Он все же сделал это — он трахнул Кристину Линли. И на вопрос «как это было?» он бы не ответил, потому что в тот момент особо не соображал. Сначала он держал себя в руках: железный контроль был его главным козырем всегда и во всем, а потом отпустил. Совсем. Как никогда и ни с кем. Вплоть до того, что забыл о мерах предосторожности — впервые с восемнадцати лет он не предохранялся.
При мысли о ребенке он запаниковал:
— Мышка, как ты?
Он провел пальцем по ее скуле.
— Хорошо. А ты?
Питер чуть не расхохотался в голос. Только его девочка могла интересоваться другим человеком в такой ситуации. Но он не «другой человек». Он ее человек, ее жених, муж почти. То, что она им интересуется — нормально. И, сдержав смех, он тепло ответил:
— Я — замечательно.
Он провел пальцем по ее носу и губам и, когда Кристина вздохнула, наклонился и поцеловал ее.
— Питер, а как же наш обед?
Питер, играющий с ее ушком, хмыкнул:
— Черт с ним! Новый приготовят!