Мы тормозим перед кабинетом директора. Даша вызвалась меня проводить.

К нам приближаются оба брата Соболевых и проходят мимо. Правда, Тимур успевает бросить на меня гневный взгляд. А Артём – с грустью посмотреть на Дашку. Братья открывают дверь и заходят в приёмную директора…

– Их тоже вызвали?! – не может скрыть ликования подруга. – Неужели им тоже попадёт?

– Скорее всего, они здесь потому, что их отец приехал, – размышляю вслух. – Ладно, мне пора.

Притягиваю подругу к себе и крепко обнимаю. Она нервно хихикает, сжимая меня в объятьях, и отстраняется.

– Ась, тебя не отчислят! – строго смотрит мне в глаза. – Ты здесь вообще ни при чём!

– Да… я знаю. Просто захотелось тебя обнять. И сказать «спасибо» за всё, что ты для меня делала и делаешь. Спасибо, Даш!

– Я ничего такого не делаю, – её брови хмурятся, в глазах появляется понимание. – Ты что-то задумала, да? Что-то, что мне не понравится?

– Мне пора, – говорю я, отводя взгляд.

И под её негодующий возглас быстро захожу в приёмную, чтобы избежать ответа.

Да, она права. Я для себя решила, что здесь не останусь. Хватит! Могу вполне доучиться где-нибудь в другом месте. В другой – нормальной – школе!

Секретарь указывает мне на кожаную скамью. Но там сидят Тимур и Артём, поэтому я прохожу к окошку и устраиваюсь в кресле.

Гордеевой и Кирилла здесь уже нет. Их отпустили перед последним уроком. Судя по всему, Кира пока ещё не отчислили. И не отчислят!

Краем глаза вижу, что Тимур встаёт. Лениво потянувшись, подходит к креслу, на котором сижу я. Присаживается передо мной на корточки. Так, чтобы видеть моё лицо, ведь я не собиралась встречаться с ним взглядом.

– Это ты сказала директору, что мы слили фото с телефона Кирилла? – спрашивает он в лоб.

– Оставь меня в покое, – отвечаю устало.

– Белова! – рявкает Тимур, но, видимо, чувствует острый взгляд секретаря на своём затылке и тут же понижает голос. – Ася… Ты хоть понимаешь, что я с тобой сделаю?

– Ты уже столько всего сделал… – вздыхаю.

– Поверь, всё, что было раньше, покажется тебе цветочками по сравнению с тем, что ждёт впереди. Если у нас будут проблемы с отцом… – его голос хрипит. А ещё в его глазах вспыхивает страх. Но быстро исчезает. – Короче, что бы ты ни собиралась поведать комиссии, советую тебе передумать.

Он резко поднимается. Я задираю голову и смотрю ему в глаза. Наверное, сейчас я впервые вижу Соболева на грани нервного срыва. Как бы он ни пытался маскировать всё за злостью и раздражением, я вижу, что он напуган. И приездом отца, и тем, что их с братом тоже вызвали.