Если б кто-то пару месяцев назад спросил Кимми, сделает ли она когда-нибудь татуировку, она бы лишь посмеялась. Но сейчас она была одержима идеей вернуться домой совершенно иной девушкой. Совсем как в слегка переиначенном хите Тейлор Свифт: «Прошу прощения, старая Кимми не может подойти к телефону. Почему? Конечно же, потому что она мертва!»[79]

Самым увлекательным в ссоре Натальи и Ника оказались эскалация и внезапное затухание. На пике склоки они стояли лицом друг к другу, бросаясь ругательствами, словно ядерные державы бомбами во время апокалипсиса. Они ругались так громко, что Кимми испугалась, как бы кто-нибудь не вызвал полицию. В какой-то момент Наталья толкнула парня в грудь обеими руками, и он выглядел достаточно взбешенным, чтобы ударить ее, но ничего не сделал. На самом деле именно она пихнула Николаса, причем очень сильно.

Ник посмотрел Наталье в глаза, а с его губ сорвалось:

– Детка, мне очень жаль. Я такой урод. Я так люблю тебя. – А потом он поцеловал ее.

Наталья последовала его примеру, и они вдвоем начали целоваться, как сумасшедшие, что переросло в нечто более серьезное, когда он поднял ее и усадил на кухонный стол, а на пол посыпался дождь из пустых банок «Ред Булл». Кимми, загипнотизированная этим зрелищем, почувствовала грусть, когда они перенесли свой праздник любви в спальню и вернулись лишь десять минут спустя, как будто ничего не случилось. Единственное, что подруга сказала обо всем этом позже: вероятно, Ник прав и Кимми должна подождать с татуировкой, потому что у самой Натальи есть такие татушки, о которых она жалеет.

Кимми кивнула и поблагодарила ее за новую прическу, а затем промямлила, что вызовет «Убер», поскольку ей надо быть в центре до наступления комендантского часа. Наталья крепко обняла ее на прощание и сунула ей в карман полпачки ментоловых сигарет и зажигалку.

Кимми решила попрощаться с Ником, но тот уже вернулся к своей видеоигре и лишь бегло кивнул девушке.

Дожидаясь «Убера» у входа в многоквартирный дом, Кимми прислонилась к «Вольво» Ника и закурила. Она не могла не думать о словах Ника, мол, он рос с такими девушками, как она. Он сказал это так презрительно, что в обычной ситуации она бы обиделась, но сегодня даже не рассердилась. В данный момент она чувствовала, что и сама настроена против того типа девчонок, к которым принадлежала раньше. Наталья и Николас были спокойными и реальными: они говорили все, что хотели, когда хотели и столько, сколько хотели. Она особенно восхищалась тем, что Наталья не позволяла бойфренду указывать, что ей делать и думать, а еще тем, что она была готова наброситься на него и дать парню понять: он ей не хозяин.