Медсестра махнула рукой, заметила, что ей слишком мало платят, чтобы заниматься всякой ерундой, и попросила их убраться отсюда.

После наступления темноты «Коачелла» выглядела совершенно иначе, и, если бы Анна не была так несчастна, она нашла бы все восхитительным и волшебно-красивым. Крупномасштабные инсталляции освещали ночное небо, но сгустки тьмы не позволяли рассмотреть дорогу. Когда поднялся ветер, Мерф надел на лицо девушки маску от пыли, и они начали пробираться сквозь толпу обратно к главной ВИП-зоне, где, по словам Стивена, он и должен был находиться. Внезапно Анна застыла как вкопанная.

– Мы почти на месте, – сказал Мерф.

Анна указала на ближайший экран, горевший красным пламенем.

– Слушай! Она говорит обо мне.

Мерф вместе с Анной уставился на массивный экран, где незнакомый семнадцатилетний вундеркинд женского пола пел: «Не говори, что я тебя не предупреждала. Все хорошие девочки попадают в ад».

– Анна, ты под кайфом. Это просто песня. Ты не попадешь в ад.

Но Анна разрыдалась и села на траву, спрятав лицо в ладони, а Мерфу не осталось иного выбора, кроме как взять девушку на руки и продолжить свой путь.

В конце концов Мерф отнес Анну в бунгало и ждал, когда Стивен и Лолли вернутся с выступления Чайлдиша Гамбино[98], ставшего главным событием дня. Лолли переступила порог танцуя и объявила, что «Коачелла» – это религия, а она – ее новый последователь. Никогда в жизни она не проводила время так странно и дико.

Мерф объявил, что Анна уже пакует вещи, заставив Лолли разразиться слезами. Она всхлипывала и причитала, что теперь подруга не останется на «Коачелле» и не увидит шоу Арианы Гранде в субботу вечером. Стивен сказал, что Анна должна поступать так, как считает нужным, а значит, отъезд для нее – совершенно правильное решение. Умом Лолли понимала правоту бойфренда, однако не могла не дуться и не упрямиться. Услышав шум, Анна выбежала из своей комнаты и закричала, что не может стать причиной еще одной трагедии, согласившись остаться на фестивале до конца выходных.

Не в силах контролировать эмоции, Лолли бросилась к Анне и обняла так сильно, что Мерфу пришлось отдирать ее. Лолли, вновь разрыдавшись, поклялась, что это слезы благодарности за все те благословения, которыми ее одаривала сестра Стивена. Затем она прошлась колесом по гостиной и побежала в свою комнату, чтобы переодеться.

– Итак, я полагаю, что сейчас наблюдала приступ кислотного безумия? – спросила Анна с печальной улыбкой.

Стивен пожал плечами и объяснил, что воздействие психотропных препаратов непредсказуемо, но кошмарный трип Анны, учитывая все произошедшее, был совершенно неизбежен. Он добавил, что если сестра до сих пор хочет вернуться домой, то он не бросит ее, и она не должна беспокоиться о Лолли.