– Нет еще. Убьет.

– Это да. Что там хоть, на видео? Ну миритесь вы, ну и?

– Ну и целуемся.

– И все?

– Возможно, не все…

– Вас что, гостиницы снимать не учили? – Я закатываю глаза.

– Нас вообще учили, что братья – не лучшие кандидаты в любовники, – огрызается Крис.

– Топай домой. Попробую что-нибудь придумать. В любом случае Сержу придется рассказать. Игорю, возможно, тоже.

Крис бледнеет, и я ее понимаю. Одно дело, когда все лишь догадываются о том, что с тобой происходит, другое дело – знают наверняка.

– Лучше он узнает от тебя, чем видео всплывет и ему покажет «Ютуб». К тому же вспомни, как быстро он поудалял почти все видео со мной в клубе. Будет готов – вовремя среагирует.

Не знаю, убеждают мои аргументы Крис или нет, но она уходит, потому что выхода все равно нет, а появляться зареванной и чуть-чуть пьяной на парах – путь к еще большим проблемам. Я звоню Герману и прошу его отвезти Крестовскую домой, потому что за руль, а она снова ездит сама, ей нельзя.

Затем отправляюсь на поиски этого Гены.

Расписание их курса сообщает, что сейчас «окно» – занятий нет. Я мысленно стону: где сейчас его искать? Наудачу выхожу в парк, там стоят ларьки с шаурмой, кофе, блинами и другим перекусом. Вообще в университете очень четко видно разделение студентов на тех, кто поступил с деньгами, и тех, кто учится на общих основаниях, а живет на стипендию и родительские финансы. Я учусь меньше месяца, но мне все равно неловко, что теперь я принадлежу к первой категории.

Те, кто может себе позволить, обедают в дорогих кафешках, расположенных через дорогу. Суши, итальянский ресторанчик, кофейня, еще какие-то заведения. А остальные перебиваются или фастфудом, или ищут недорогие столовые.

Ежась от холода, я бреду вдоль ларьков, в безуспешном поиске нужной жертвы. И как же удивляюсь, когда и впрямь вижу Гену! Стоит, точит большой блин всухомятку и пританцовывает – замерз в тонких ботинках.

– Привет. – Я подхожу.

– Ну, здаров, – хмуро откликается парень.

– Пошли поговорим.

Он пожимает плечами и лениво движется вслед за мной. Сердце бьется как сумасшедшее. Мы останавливаемся у небольшого мостика рядом с карьером. Карьер небольшой, искусственный, летом в нем плавают пластиковые лебеди, а на мостике фотографируются новобрачные. Но сейчас к воде никто не ходит, холодно.

– Я тут кое-что слышала. О том, что ты снял Крестовскую.