– Уши компотом не мой, хуйню слышать не будешь.

– Покажи.

– Нечего показывать, отвали.

– А я знаю, что есть. Твой поп-приятель подтвердил. Слушай, я живу с этой стервой, но это не значит, что мы любящие сестренки. Она выпила у меня литр крови и сожрала пару мотков нервов, если есть способ ее достать, я хочу им воспользоваться. Что ты будешь делать с видео? Покажешь в инете? Так Крестовские быстро в суд подадут и оставят тебе хрен да кеды.

– А ты у нас фея возмездия?

– А мне они сделать ничего не смогут. Их папочка мне наследство оставил, так что я под надежной защитой миллионов. Дай посмотреть!

Он колеблется и не доверяет. Я бы сама себе не поверила. Хотя в универе я ни разу не появлялась с Кристиной, не разговаривала с ней, мы приезжали на разных машинах. Игорь тоже умел держать в тайне свои похождения. Никакой связи меня с Крис просто не было, а Гена понимал, что мои доводы разумны.

– Ладно, скину тебе. Но за разумное вознаграждение.

Блин, копия! Можно бесконечно кормить шантажиста, пока у него есть копия видео, он не отстанет.

– Записывай адрес.

Он достает из кармана смартфон и…

О боже!

Это точно я? Я делаю это?

Крис будет должна мне по гроб жизни. А Серега оплатит год отпуска на Мальдивах!

Я выхватываю смартфон из рук парня и, прежде чем он реагирует, бросаю его в воду.

– Ты что, ебанутая?! – орет он.

Толкает меня в грудь со всей силы, я падаю, народ вдалеке не спешит на помощь, но резво достает мобильники. Удивительно, но в этом худом парне силы куда больше, чем кажется на первый взгляд. Он дергает меня за рукав, ставит на ноги и рычит:

– Ну вот сейчас и полетишь его доставать!

С облегчением я вижу Германа, который спешит к нам через парк. На лице у него такое выражение… Не знаю точно, о чем он думает, но точно что-то типа «ни на минуту оставить нельзя!».

– Руки от нее убрал, – спокойно говорит охранник.