– Правда? И как? Он счастлив?

– Да, похоже на то.

– Почему ты мне не написала?

– Потому что после твоего отъезда в глухомань Вирджинии ты сама не слишком-то часто мне писала.

– Я снова увязла в своих мыслях, и мне надоело тебя этим обременять.

– Дело не в этом, – огрызается она. – В дружбе нет ограничений, друзей всегда нужно поддерживать.

– Прости, если мое отчуждение тебя обидело.

– Обидело.

– Прости. Этого больше не повторится, клянусь. Я больше никогда тебе не совру. Не хочу, чтобы мы отдалились друг от друга.

– Я тоже, но понимаю, почему ты так поступила. Теперь понимаю. И я всегда тебя прикрою. Но боже мой, Сесилия… я до сих пор в шоке. Такое что, реально может быть?

– На все сто, и в основном из-за него.

Тобиас, откупорив пиво, которое ему предложил Джон, смотрит в нашу сторону. К нам подбегает Такер, закутанный в зимнее пальто.

– Мамочка, горка, пожалста, пожалста, мамочка!

Джош тут же подхватывает его и сажает себе на плечи. Он виновато смотрит на нас своим милым взглядом. Джош – внимательный супруг и знает, что время у нас с Кристи ограничено.

– Папочка справится. – Джош наклоняется и целует Кристи, и я замечаю, как она млеет. Она счастлива, искренне счастлива, и на мгновение я задаюсь вопросом, будет ли однажды моя жизнь похожа на ее. Но правда заключается в том, что мне все равно, если они оба будут со мной. Если рядом будет мужчина, который сейчас смотрит на меня с таким же горящим от восхищения взглядом и, без сомнений, задается тем же вопросом, глядя на Джоша, который спорит с сынишкой. Тобиас переводит взор снова на меня.

Я пытаюсь представить нас на их месте, живущих в пригороде, но эта картинка совершенно не укладывается у меня в голове. И я точно знаю, что в ближайшее время с нами такого не будет.

– Так чем теперь вы займетесь?

– Мы возвращаемся. – Я отпиваю вина.

– Серьезно?

– При поддержке и защите правительства мы устроим облаву – на всех. Пока Монро занимает пост, мы доберемся до всех. Не станем злить зверя, а сотрем его с лица земли.