Нет.

Ни за что… блядь… ни за что.

Я реагирую.

Я моргаю, а в следующее мгновение сжимаю руку на горле засранца, его спина прижата к экрану проектора в передней части класса. У меня есть смутное ощущение, что Чейз в безопасности и стоит на своих двоих, вне досягаемости этого парня, но я, честно говоря, понятия не имею, как она туда попала. Все это не имеет смысла.

— Отвали… на хрен… — рычу я. — Она не хочет идти с тобой. И совершенно ясно дала это понять. Тебе пора уходить. Если только не хочешь осмотреть нашу новую клинику. Она оснащена по последнему слову техники.

Джона пытается убрать мою руку со своего горла, но безуспешно. Мне повезло. Он чертовски большой парень, должно быть тренируется. Если бы тот захотел — а парень определенно хочет, — и я бы его предупредил, у нас была бы настоящая драка. К счастью, я застал его врасплох, и у меня чертовски крепкая хватка на его горле.

Нахмурившись, он пытается высвободить мою руку, что только заставляет меня крепче сжимать.

— Ладно, ладно, чувак. Ты своего добился, — хрипит он.

— Добьюсь, когда ты потеряешь сознание.

— Что?.. — Слово застревает у него в горле, прерываемое давлением, которое я оказываю на его пищевод. Кровь начинает подниматься к поверхности его кожи, окрашивая сначала его шею в темно-фиолетовый оттенок, а затем челюсть, и щеки. Царапаясь, он пытается оторвать мою руку, но мои ноги раздвинуты, ступни расставлены, и это не первое мое гребаное родео. Его веки трепещут, глаза закатываются назад.

— Пакс? Стоп! Достаточно. Он того не стоит. Хватит, Пакс! Эй, Я СКАЗАЛА, ХВАТИТ!

Чейз толкает меня. Я едва ли двигаюсь на миллиметр, но очень хорошо чувствую, как ее руки касаются моей руки и моего бока, и как будто яростное напряжение внутри меня, резиновая лента, которую натягивают, натягивают и натягивают, лопается. Я ослабляю хватку и поворачиваюсь, делая три гигантских шага прочь от ублюдка. Мне нужно оставить некоторое пространство между нами. Не могу гарантировать, что я все еще не врежу ему кулаком в челюсть.

— Господи! — Джона кашляет, сплевывая на покрытый ковром пол компьютерной лаборатории. — В чем, черт возьми, твоя проблема, чувак?

— Я из многочисленных источников слышал, что девушкам не нравится, когда их заставляют делать что-то против их воли. — Ирония поражает меня. О, разве я сейчас не кажусь таким хорошим парнем, произнося свою речь хорошего парня? Я измывался над девушками за пределами того, что другие люди могут считать правильным. Причинял много боли и страданий. Мне насрать на чувства девушки. Дело в том, что в прошлом мне нравилось быть источником несчастий многих девушек. Но чего я никогда не делал, так это не прикасался пальцем к девушке без ее разрешения. Никогда не использовал свою большую силу или вес, чтобы вывести девушку из строя и заставить ее делать то, чего она не хочет.