— Что… зачем ты это делаешь? — Вопрос звучит раздраженно, и это правильно.

Парень поднимает глаза, как будто обдумывает свой ответ на вопрос. А потом:

— Я здесь против своей воли, и мне больше нечего делать.

— Ребята, вы знаете, чего хотите? — Бармен вернулся, хотя и смотрит на Пакса немного настороженно.

— «Маргариту», пожалуйста. С «Патрон», если у вас есть. Соляной ободок. И не беспокойся о нем. Он ничего не хочет.

— Двойной ром с колой, — рявкает Пакс, хмуро косясь на меня. Как только бармен уходит, чтобы приготовить нам напитки, Пакс поворачивается ко мне, наклоняясь так, чтобы наши глаза на этот раз оказались на одном уровне. — Путь наименьшего сопротивления не означает самый легкий путь. Тупица.

— Ха! Тупица? Сколько тебе, пять?

— Иногда приходится все упрощать, когда разговариваешь с глупыми людьми.

— Слушай. Я привыкла иметь дело с твоей колючестью, Пакс, но это уже переходит все границы. Можем мы просто объявить перемирие на ночь? Прости, что беспокоилась о тебе. Мне жаль, что я приехала, чтобы найти тебя. Черт, я сожалею обо всем этом. Обещаю, что вернусь в академию утром и больше не буду тебя беспокоить.

Он двигает челюстью, сердито глядя на меня.

— Хорошо. Отлично. Повеселись с барменом.

— Так и сделаю.

Кстати, о бармене, он возвращается с нашими напитками как раз вовремя. Пакс хватает свой стакан рома с колой и осушает его одним глотком, со стуком ставит пустой стакан обратно на стойку, бросает на меня последний полный отвращения взгляд и исчезает в толпе.

— Хм. Ссора любовников?

Я смотрю на бармена.

— Как назвать ссору с врагом? — устало спрашиваю я его.

— Думаю, это просто спор, дорогая.

***