— Хорошо. Что тебе нужно? Травка? Молли? Героин? Гребаная пустышка? Ты начинаешь действовать мне на нервы, чувак. Мы приехали. Мы здесь. Мы в городе, в очень хорошем гребаном ресторане. Мы собираемся хорошо провести время. Присоединяйся к программе, или ты будешь не единственным, у кого, блядь, плохое настроение, ясно?

Я пристально смотрю на него.

Рэн свирепо смотрит на меня.

Появляется официант с шампанским. Он выбивает пробку гребаной саблей, и все столы вокруг нас хлопают и приветствуют, когда пробка взлетает к потолку. Рэн не моргает, и я тоже. Наш напряженный поединок взглядов заканчивается, когда официант наливает небольшое количество бледной, пузырящейся золотистой жидкости в бокал и предлагает его мне. Я натянуто улыбаюсь, беру у него фужер и пробую с такой помпой и церемонией, что моя мать могла бы гордиться. На секунду подумываю о том, чтобы быть мудаком и сказать ему, что это плохо, но… ах, черт возьми. Какой в этом смысл?

— Отлично. Спасибо.

Официант вздыхает с облегчением. Как и мой друг. Я одариваю его едкой полуулыбкой, даже не имея этого в виду, но он принимает это так, как оно и должно быть: мое полное и безоговорочное смирение. Ссориться с Рэном всегда весело, и обычно я не отказываюсь от возможности подраться, но Хилари буквально убьет меня и выбросит труп в Гудзон, если я появлюсь на завтрашних съемках с подбитым глазом и разбитой губой.

И в любом случае, такой уровень воинственности трудно поддерживать даже такому профессиональному мудаку, как я. Мы едим. Элоди свободно болтает с Чейз, даже отдаленно не смущаясь тем фактом, что мы только что наблюдали, как она кончает. Сначала Чейз сдержанна, но по мере того как шампанское и вино начинают действовать, она немного расслабляется.

Рэну наплевать на Чейз. Он делает хорошее шоу, переводя взгляд с одной девушки на другую, но я знаю, что мой мальчик и его истинное внимание сосредоточены на Элоди, как будто она единственное живое, дышащее существо во вселенной.

Я притворяюсь, что мне наплевать на разговоры, которые происходят вокруг меня, и почти уверен, что у меня неплохо получается изображать серьезную скуку, но правда в том, что я в некотором роде в восторге.

— Твоя мама вернется сюда на выпускной? — спрашивает Элоди.

Чейз качает головой.

— Ее только что прикомандировали. Я не увижу ее до Рождества.

Прикомандировали. Значит, ее мать тоже военная.

— Где она находится? — спрашивает Рэн. Подлиза.

Чейз изо всех сил старается не смотреть на меня.

— Германия.

Элоди откусывает еще один кусочек пасты.

— Я бы спросила, сильно ли ты по ней скучаешь, но знаю, как мало ты видела ее раньше. — Элоди — ребенок военных и знает о военной жизни. Ее отец, генерал армии, в настоящее время подключен к аппарату жизнеобеспечения на окраине Тель-Авива. Но чем меньше об этом будет сказано, тем лучше.