– Я попытаюсь. – Могу же я хоть с кем-нибудь помириться.

– Спасибо за то, что тебе хватило мужества ответить. Я была не уверена, что ты на это пойдешь, – сказала директриса.

Затем телефон отключился.

* * *

Я провела остаток дня в доме Банди, стараясь выманить Фреклза из-под ее парадного крыльца. Этот кот был сущим монстром, он ни на йоту мне не доверял. После часа сюсюканья и размахивания чертовым шнурком, как белым флагом, символом капитуляции, я наконец загнала паршивца в угол. Эта тварь громко шипела на меня и укусила за руку, но я все-таки ухитрилась засунуть кота в картонную коробку, которую принесла с собой.

«Я его поймала. Мы уедем в течение дня. Я дам вам знать, когда мы сможем встретиться, чтобы я вам его передала».

«Спасибо, Кили. Огромное спасибо».

Я шла домой, держа под мышкой коробку с котом, когда ко мне подъехал Ливай. На этот раз он был не на велосипеде, а в машине.

– Значит, у тебя все-таки есть права, – усмехнулась я.

Парень протянул руку и открыл мне дверь:

– Садись.

Я залезла в машину, и коробка у меня на коленях громко мяукнула.

– Могу я спросить, что это?

– Лучше не надо. Просто знай, что это единственное, что я сделала правильно.

Ливай пристально посмотрел на меня.

– Не может быть, чтобы это и впрямь было так, – улыбнулся он. – Я рад, что с тобой все хорошо, Кили, и рад, что сумел увидеться с тобой, прежде чем все уедут навсегда.

– Со мной далеко не все хорошо, – возразила я. – Но все равно спасибо тебе. Я тоже рада.

– Хочешь, я отвезу тебя домой? – предложил Ливай.

Но я этого не хотела. Потому что знала: возможно, сейчас я вижу Ливая Хемрика в последний раз.

– Ты работаешь?