– Ты целовался с Викторией в коридоре в тот вечер?

Джесси смущенно опустил голову. Он с нею целовался.

Я надеялась, что этого не было, но это было, было.

– Я не хотел причинять тебе боль.

– Стало быть, ты решил, что целуясь с другой девушкой, ты пощадишь мои чувства? – Я вырвала свою руку. Я начинала чувствовать злость, а я этого не хотела.

– Ты мне тоже нравилась, понимаешь? Но я сделал то, что считал лучшим, чтобы поумерить твои ожидания. А потом, когда началось все это безумие с созданием озера Эбердин, я подумал: кому от этого будет хуже, если мы все так или иначе распрощаемся через несколько недель? Почему бы не пожить настоящим?

– Это глупо, Джесси. Пожалуйста, давай не будем больше об этом говорить, – попросила я. – Я не выдержу еще одного такого же дерьмового прощания.

– В том-то и дело. – Парень облизнул губы. – Я не могу стоять здесь и говорить, что влюбился бы в тебя, будь это нормальный учебный год. – Он сделал один шаг ко мне, потом второй. – Но я все-таки влюбился в тебя, Кили. И теперь не хочу тебя отпускать. Я не хочу с тобой прощаться.

Я вся дрожала. И даже попыталась пошутить, чтобы скрыть это.

– Я и так знала это, Джесси. – Я хлопнула его по руке. – Ты ведь даже не смог сказать мне, что твоя мать подписала соглашение с оценщиками.

Джесси не рассмеялся. И даже не улыбнулся.

– Потому что я не хотел портить последние дни, когда мы были вместе. Я хотел проводить с тобой каждую минуту… и чтобы каждую минуту нам было хорошо.

Его напор совершенно застал меня врасплох.

– Но ты же уезжаешь, Джесси. И я не знаю, куда поеду я…

– Все это не имеет никакого значения. Мы можем что-нибудь придумать, Кили. Послушай, даже мои лучшие друзья не знают меня так хорошо, как ты. Я никогда ни с кем не говорил раньше о своей семье, даже с Зито. То, что есть между нами… это не похоже ни на что из того, что у меня с кем-нибудь было прежде.

Я хотела напомнить Джесси, что он, в сущности, никогда не говорил со мною об отношениях в своей семье по своей воле. Строго говоря, мы с ним ни разу серьезно этого не обсуждали. Но я догадалась, что его чувства были запрятаны так глубоко, что даже малейшая их утечка казалась ему чем-то вроде прорыва плотины. Я могла понять это лучше, чем кто-либо другой.

Джесси продолжал:

– Мы так похожи. Именно поэтому ты вчера и пришла за помощью именно ко мне. Потому что знала, что я правильно пойму то, что ты хотела сделать для Морган. – Он отвел с моего лица прядь волос. – Я знаю, у нас все может получиться.

– Что может получиться?

– Я хочу быть с тобой, Кили. Я не хочу тебя потерять. – Голос Джесси сейчас звучал совсем по-другому. В нем не было ни капли бравады, хвастовства. Ни капли веселости или насмешливости. И он был непривычно тих.