Целует в шею.

Я полыхаю. От каждого его поцелуя, чем дальше, тем менее терпеливого и более напористого. Схожу с ума от каждого движения рук, что сжимают грудь, и от каждого взгляда, что Макс исподлобья бросает на меня, опускаясь все ниже и ниже.

Ловкими длинными пальцами Сим расстегивает пуговицы, не прерывая поцелуй, избавляется от рубашки и снова оказывается на мне. Так близко и так тесно, как никогда. Еще немного, и я буду готова умолять сделать хоть что-то, чтобы потушить тот огонь, что гуляет в теле, словно с кровью разнося желание по венам.

— Сим… — шепчу, но парень явно останавливаться не собирается. Покрывает поцелуями грудь, играя языком с вершинками, и целует в живот. Хватается пальцами за резинку трусиков, и до моего воспаленного от желания сознания только сейчас доходит, что он собирается сделать.

— Не надо…, — шепчу, но у него всегда есть свое мнение, и моя неопытность, неожиданно накатывая, заставляет краснеть еще больше и растеряться еще сильней, когда одним движением руки он стягивает тонкое кружево и тут же раздвигает руками мои ноги, наклоняясь, целует внешнюю сторону бедра, заставляя выгнуть спину в наслаждении и прикусить губу, чтобы сдержать рвущийся из груди стон.

Продолжает пытку, горячими губами прокладывая дорожку из поцелуев и добираясь до заветного местечка, заставляет вскрикнуть, проводя языком по возбужденной горошинке. Переворачивая все внутри с каждым новым движением. Одной рукой сжимая мою грудь, а губами доводя меня до вершины блаженства, целуя, посасывая и проникая языком, давя на самые чувствительные точки.

По позвоночнику словно пробегают разряды тока, а по всему телу лавина мурашек, когда с последними движениями языка Сима у меня между ног, спина выгибается, а пальцы судорожно вцепляются в мягкие простыни подо мной, и, срывая стон наслаждения, тело накрывает первый в моей жизни оргазм. Сладкий, приятный и заставляющий сердце нестись в тысячи раз быстрее. Выскакивая из груди и ударяясь о грудную клетку.

Дыхание сумасшедшее, воздуха просто не хватает, легкие горят, а в теле появляется невероятная слабость.

Макс всего на мгновение отстраняется, скидывая с себя брюки и боксеры, и не успеваю насладиться невероятной картинкой его идеального тела, когда он уже снова наваливается сверху и целует в губы. Странствует руками по моему телу и слегка отстраняясь, рассматривает меня вот так: без мишуры, без прикрас. Голодным мужским взглядом, к которому я совершенно не привыкла, словно ощупывает меня, абсолютно голую. Совершенно не смущаясь. Не знаю, что за шутка моего подсознания, но мне неожиданно становится неловко.