Стёпа замерев смотрит на него.

Незаметно постукиваю пальцем сыну по плечу, напоминая, чтобы он поздоровался.

Мы решили, что Степе не надо знать деталей о том, как поступал Роберт. Для ребенка это лишний стресс.

- Привет... папа... - прижимается Степа к моему бедру.

Роберт сильно сдал и выглядит на десятку старше своих. Похудел, осунулся. И скорее выглядит как дедушка Степе, чем как отец.

- Двенадцать! - отвечает ему Роберт. - Двенадцать... Семь...

- Мам? - поднимает Стёпа на меня озабоченный взгляд.

- “Двенадцать” - это “здравствуйте”, - перевожу я.

- Это такая игра?

- Не совсем...

Из-за травмы хирургам пришлось удалить фрагмент мозга, отвечающего за связанную речь. И образовались новые связи... Образовались удивительным образом. И Роберт уверен, что он говорит слова и фразы, но произносит цифры. Некоторые мне удалось привязать к определенным смыслам.

Роберт очень нервничает, что его не понимают и не может осознать происходящее.

- Тридцать шесть...

Это я знаю.

- Сейчас.

- Что он сказал? - любопытствует Стёпа.

- Просит открыть окно.

Сегодня тёплый день.

Помимо этого, у Роберта дисфункция правой руки и нарушение равновесия.

Реабилитолог учил его писать левой, но выяснилось, что когнитивные способности тоже нарушены. И он не обучаем. Возможно - пока. Нужно много работать с ним. Но это теперь не моя задача.