Чёрт, я злился сам на себя — почему не мог заранее изучить, что делать во время родов? Сколько мы с Надей готовились родителями стать, а я даже не удосужился узнать, как могу любимую женщину поддержать в столь непростой момент. Да хотя бы сейчас, внизу ожидая, мог бы почитать в интернете!

Одной рукой массировал её поясницу, другой пытался найти в телефоне, что же мне делать. Быстро прочитал небольшую статью по этому поводу, попытался нужные точки на спине найти, чтобы боль облегчить.

Я понял, что всё происходит быстро. Времени между схватками становилось всё меньше, Надя уже почти не отдыхала, пот с неё тёк ручьём. Дышала тяжело. А я объяснял, прочитав, как правильно дышать во время схватки. Надя старалась, терпела, а потом её прорвало.

— Богдан… Я… Я тебя убью, ты понял?

— Как? За что?

— За всё. Ты… Ненавижу тебя! Ты мне всю жизнь сломал! Ты гад! Всю душу из меня вынул, а сейчас… Пришёл… Думаешь, я так просто тебя прощу?

— Не прощай, любимая. Хочешь, ударь меня.

— Хочу! Вот сейчас — очень хочу! Я бы тебя так отделала, была бы я немножко свободнее!

— Бей, если тебе станет легче! Что угодно делай, только не проси уйти.

— Если… — она вдруг схватилась за мою руку и посмотрела в мои глаза. — Если со мной что-то случится, ты… забери нашего мальчика, не оставляй его. Пожалуйста! Это твой сын, не сомневайся.

— Да ты что, милая! Всё будет хорошо. И с тобой, и с нашим сыном.

— Обещай, Богдан! Это твой сын.

— Обещаю, Надь! Я не сомневаюсь, родная, я верю тебе. Я… люблю тебя. Знаешь, даже если бы он был не мой, и ты бы сказал мне взять его — я бы взял, потому что он твой. Я всё для тебя сделаю, Надя! Всё!

— Богдан… мне так больно…

— Позвать врача? Что мне сделать, как тебе помочь?

— Не так больно. Душе моей. Мне до сих пор так больно, Богдан…

— Прости… — опустил я голову.

Слушать, как она не ругает меня, а просто говорит с огромной болью в голосе о том, что я заставил её страдать, было невыносимо. Хотелось биться о стенку головой, пока её нахрен не раскурочил бы.

Дебил.

Придурок.