— Э-э... да. Это следующий шаг, Ангел.

Ее лицо смягчилось, и она прошептала:

— Хорошо. Мне нравится.

— Ну, хорошо, — пробормотал Майк, и ее губы дрогнули.

— Но дело в том, что я подумывала сохранить свое имя. Мне оно вроде как нравится, но и в моем бизнесе меня знают под моим именем.

— Меня не волнует, что тебе нужно сделать для себя, для остального мира, для твоего бизнеса. В этом городе, в этом доме и для нашей семьи ты будешь Хейнс.

Ее брови снова сошлись вместе.

— Что?

— Женщины все время используют два имени. Одно для бизнеса, другое для личного и семейного барахла. Тебе нужно остаться Холлидей в бизнесе и в мире, прекрасно. Все, что тебе нужно. В этом доме, в этом городе и с нашей семьей ты Хейнс.

Она выдержала его взгляд, затем тихо сказала:

— Я могла бы так сделать.

Он был рад, так как у нее не было выбора.

Но этого он не сказал.

— Хорошо, — снова пробормотал он.

Она ухмыльнулась.

Затем ее улыбка исчезла, взгляд стал нежным и напряженным, когда она прошептала:

— Ты просишь меня выйти за тебя замуж, милый?

— Нет, я говорю тебе, что к концу этого года ты будешь носить мои кольца, носить мое имя и, возможно, будешь носить моего ребенка.

Ее взгляд был не менее нежным и напряженным, но губы снова дрогнули.

— Итак, ты начал с того, что мы должны все спланировать, но на самом деле ты уже все спланировал сам.