Да, небольшой бардак, но не катастрофично. И живёт не богато.

— Лицо сделай попроще,— шепчу ей между кадрами.

— А ты смотрю, хорошо себя чувствуешь в такой обстановке,— пускает снова иголки.

— Я из гетто, видел и похуже.

— Нихрена себе, как ты Чертаново обозвал.

— Капотня... Я там вырос.

— Зато москвич! Мне нужно с женщиной пообщаться,— покидает меня.

Я со стороны наблюдаю за их разговором. Нет в нём ничего особенного, словно погоду за окном обсуждают. Кроме одного — Алиса без перчатки слегка берёт девушку за кисть.

Я вижу, как опускается взгляд Грозной, и дёргается немного мышцы на скулах. Убирает руку, доброжелательно улыбается, натягивая обратно перчатку. А вот женщина бледнеет и закатывает глаза.

Срываюсь с места и успеваю подхватить падающую в обморок хозяйку квартиры.

— Что ты ей сделала?— пристально смотрю на Алису.

— Ничего...

Глаза круглые от испуга, голос дрожит.

Суета. Кто-то принёс нашатырный спирт, чтобы привести женщину в чувства.

— Вы как?— спрашиваю у неё.

— Лучше. Переволновалась, наверное. Показалось, что в одно мгновение закончились силы.

— Полежите,— удерживает её порыв подняться Женя.— Девчонки, компресс холодный организуйте.

Во всей этой суете никто не заметил, что Алиса исчезла из квартиры.

Я вышел на лестничную площадку и услышал краем уха её голос на пару пролётов вниз по лестнице. Спустился немного, чтобы лучше слышать.

— Не знаю я, что случилось. Она просто в обморок грохнулась,— говорит кому-то по телефону.— Не было такого никогда. Легкое головокружение ощущали, но чтобы так... Нет, слегка коснулась... Вит, да нет там у неё ничего! Просто женщина с кучей комплексов неполноценности. И муж её гонял только, когда она сама выпрашивала и то больше пугал... Пара подзатыльников — это максимум на что он был способен... Просто сейчас все мечтают о своей минуте славы. А её подруга надоумила заявку на кастинг подать... Хорошо... Я тебя тоже... Нет, сама доберусь. Целую.