Моргаю. Картинка немного плывет.

Мои губы раскрываются, как только между нашими лицами не остается пространства.

Ян немного напирает. Целует меня без стеснения, и я теряюсь в пространстве. Трогаю его лицо. Касаюсь пальцами волос и продолжаю наш поцелуй, не закрывая глаза.

Рассматриваю его. Каждую черточку. Пытаюсь прочувствовать момент по максимуму, отдаваясь порыву бушующих в груди эмоций. Сердце сжимается от наслаждения. Мне кажется, что я просто больше себе не принадлежу.

Мы целуемся как сумасшедшие. С полной самоотдачей. Слезы на глаза наворачиваются. В голове не вовремя выстреливают его слова, что он говорил моей матери.

«Ты здесь тупо для того, чтобы вовремя раздвигать ноги и помалкивать. Кайфуй, пока есть возможность жрать и покупать тряпки за чужой счет».

Когда я успела примерить их на себя? Это же неправда. Нет ведь?

Отрываюсь от него, упираясь ладонью Яну в грудь. Вожу пальцами по его шее. Только сейчас замечаю, что на самом деле он до сих пор на пределе эмоционального подъема. Взвинчен и раздражен.

Ян сжимает мое колено. Ведет по внутренней стороне бедра ладонью. Трогает под подолом платья, а потом срывается и налетает на мои губы.

Шепчет:

— Хочу тебя по-настоящему, пиздец просто, Ника. Останься у меня сегодня… Останься.

Глава 33

Глава 33

Ян

Оставить Нику у себя не получается. И не потому что она как-то сопротивляется, просто в какой-то момент звонит Ольга и говорит, что отцу стало хуже. Его забрали на скорой.

В итоге после тусовки, где я, честно говоря, чувствовал себя не в своей тарелке, мчусь в больничку, перед этим закинув Нику домой. С трудом выходит не наброситься на нее в машине, потому что и нервы шалят, и возбуждение, которое преследует меня весь этот долбанный вечер так никуда и не делось. Я ее хочу.

Именно ее. Нику. До ебучей ломки.

В последний момент успеваю поймать сам себя и просто чмокнуть ее в губы. Вскользь. Так чтобы фантазия не разбушевалась окончательно. Мысленно я и так уже ее раздел.

Пока рассекаю вечерние Московские пробки, перебираю в голове причины собственного же дискомфорта. Одна из них — все они умнее меня. Все, кто там присутствовал, просто гениальные чуваки. Тех, задротов, которым посчастливилось быть отобранными по заявкам, как я сам, не считаю, конечно.

Последний раз так себя чувствовал, когда познакомился с Тимохиным отцом. Азарин старший стал долларовым миллионером, кажется, в двадцать три. Пришел ко всему своими мозгами, они у него как компьютер, просчитывают все на сотни шагов вперед. А еще, все это сдобрено не херовой такой горстью уверенности. Железобетонной уверенности в себе.