Если я решу убежать, он догонит. А я не хочу его видеть. Не хочу оставаться сейчас с ним наедине.

— Да не подходи ты ко мне! — срываюсь на крик, и Гирш тут же замирает. — Я не хочу тебя видеть.

Пустота в груди лишь разрастается.

Зачем он это сказал? Почему?

Я думала, что у нас все взаимно. Что наши чувства…

И пусть он ни разу не сказал, что любит, я все равно знала, что это так. Знала, что небезразлична ему. Была уверена в его любви.

Но разве человек, которому ты по-настоящему дорога, может сказать такое? Даже со злости?

Может?

Слезы собираются в уголках глаз. Тело предает. Я дрожу. Смотрю на Яна и не знаю, что мне со всем этим делать.

— Я поеду домой, — тянусь к клатчу за телефоном.

Сейчас мне лучше вызвать такси и побыть одной. Подумать обо всем, что произошло. Нельзя рубить с плеча, ведь правда? Нельзя.

Открываю приложение и заказываю машину.

Мама с Яном все это время стоят молча. Мне тошно. Не хочу их видеть.

Я осталась все той же наивной дурой. Каждый, просто каждый человек рядом со мной считает, что я в его жизни не больше чем вещь, которой можно распоряжаться. О которой можно сказать все что угодно, которой можно манипулировать.

— Никуша, — мамин голос звучит обеспокоенно. — Давай я вызову водителя.

— Не надо. Такси будет через восемь минут.

Отрезаю резко. Громко. Вложив в интонацию максимум злобы.

Ян молчит. Только смотрит, причем так, что мое сердце на куски разорваться готово. Я вижу, что он жалеет о сказанных словах. Но разве это важно сейчас?

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍Во мне слишком много обиды. Он снова меня предал.

Телефон вибрирует в руке, сообщая о подъезжающей машине. Прячу его в клатч и направляюсь к лестнице. Слышу шаги за спиной, но не оборачиваюсь.