А самое главное, не могу признаться в том, что мне нравится. Нравится чувствовать на себе тяжесть его тела. И всё остальное, что он делает со мной сейчас мне тоже нравится.

— О чём ты думаешь, — рычит уже гораздо нетерпеливее, сильнее надавливая пальцем на клитор.

— Я… о твоей руке…

— Неправильный ответ, Лиза.

Его слова не успевают сформироваться у меня в голове, потому что в следующую секунду Кирилл сжимает руку у меня в волосах, дёргает голову в сторону, предоставляя себе доступ к шее и всасывает тонкую кожу на горле. Твёрдым кончиком языка скользит вверх, прикусывает мочку уха и начинает её посасывать, при этом шире разводя мои бёдра. А потом… а потом я чувствую как его палец медленно проникает в меня.

— Кирилл… — дёргаюсь. Машинально впиваюсь ногтями в его плечи, пытаясь оттолкнуть, но он слишком тяжёлый.

— Тихо, — хрипло шепчет мне на ухо. — Не буду делать больно. Обещаю. Не сейчас. Просто расслабься.

Снова покрывает поцелуями моё горло и ключицы. Обводит языком ореол соска и втягивает его в рот.

Судорожно сглатываю, почувствовав, как Кирилл возобновляет движение пальцами, очень медленно вводя в меня ещё один.

Перед глазами темнеет. Я не знаю на каких ощущениях мне сосредоточиться. С одной стороны его губы, нещадно терзающие грудь, с другой — нетерпеливые пальцы у меня между ног, не щадящие меня своими настойчивыми движениями. Сводящие с ума и причиняющие мучительную боль, потому что внутренние мышцы сводит слишком сильно.

Я хочу, чтобы это напряжение исчезло, но не знаю, как это сделать. Даже не замечаю в какой момент из моего рта начинают вырываться рваные стоны, а сама я нетерпеливо ёрзаю, словно призываю Горского ускорить движения.

Где-то на краю уплывающего сознания мелькает мысль, что мы всё ещё в машине прямо на обочине трассы, где в любой момент могут проехать люди. Но она ускользает также стремительно, как и появляется.

Никогда не могла подумать, что можно одновременно испытывать стыд и удовольствие…

Внизу живота мучительно ноет, а клитор почти болезненно пульсирует. Я обхватываю Кирилла за плечи. Скольжу пальцами под футболку. Прохожусь ногтями по его спине и сжимаю ноги, потому что терпеть это нарастающее напряжение становится уже просто невозможно.

С очередным хлюпающим толчком Кирилл снова вводит в меня пальцы, прижимая подушечку большого к набухшему клитору, и в этот момент внутри меня как будто что-то взрывается.

Тело прошибает дрожь и болезненное удовольствие взрывной волной сносит остатки моего рассудка.

— О чём ты думаешь? — сквозь бешеную пульсацию в ушах, слышу голос Кирилла.