Элиза сложила свои сверкающие лавандовые крылья и направилась к Пиппе. Я не слышала ее слов, но поняла, что не являюсь целью ее визита, когда она вместе со своим товарищем, истинным оценщиком, вышла из столовой.

– Офан Пиппа говорила, что единственная женщина, на которой ему позволили бы жениться, – это моя мама. – Найя прикусила кончик ручки и покачала головой, светлые косички развевались вокруг розового комбинезона, который она надела в паре с блестящей футболкой с единорогом.

– Твоя… мама? – Биологическая мать ее тела или мать ее души? Разве мама Лей не замужем?

Найя пожала плечами.

– Apa никогда не говорит о ней, поэтому не думаю, что она жива. – Найя отвела взгляд от своего попугая. – Ты ее знала?

– Нет. – Я никогда не встречала ни мать ее тела, ни мать ее души. Родители Лей ни разу не посетили гильдию, что очень огорчало мою подругу.

Тогда я подумала о своей собственной матери, но вздохнула. Какой смысл думать о том, кому ты безразличен?

– Сколько перьев тебе еще нужно, Селеста?

– Слишком много. – Я взяла бирюзовую ручку и провела ею по морде моего волка. Цвет точно соответствовал цвету глаз Ашера. Не хватало только бронзы.

Найя протянула руку и схватила меня, заставляя ручку скользнуть по листу.

– Ты заработаешь их все. Apa об этом позаботится.

– Может, твой apa и обладает магическими способностями, Найя, – свободной рукой я провела по слабому шраму, который все еще оставался на моей шее, – но, к сожалению, он не может волшебным образом окрасить кости моих крыльев. – Я сжала ее руку в ответ. – Но будь уверена, ангелочек, я не сдамся.

Прежде чем найти Найю, я заглянула в Зал Оценки, чтобы проверить свой счет. Хотя за три недели я заработала сто семьдесят восемь перьев, мне еще предстояло пройти немалый путь до тысячи. Точнее, четыреста девяносто девять. И осталось всего два месяца.

Наверное, мне не следовало брать выходные.

– Давай сыграем в «Ни да, ни нет».

Я замерла, когда в моей голове пронеслись воспоминание за воспоминанием о прошлых раундах, в которые мы играли.

– Почему именно эта игра? – осторожно спросила я.