Ашер оглянулся через плечо на ишима.
Мое сердце, которое уже готовилось пуститься под откос, с визгом остановилось. Я перевела взгляд с брусчатки под ногами на архангела. Наши взгляды встретились и не отпускали друг друга, облегчение кипело в разделявшем нас темном воздухе. Хотя он по-прежнему держался за перила, его руки и спина заметно расслабились.
– С тех пор как они потеряли третьего ребенка, они несчастны. Все понимают твои причины не посещать Абаддон, Сераф, но, если бы ты навестил местных арелимов, ты бы заметил, как отдалились друг от друга родители Лей.
Ее слова заставили меня задуматься.
– В Элизиуме разводы выносятся на голосование?
– Тебе явно не хватает образования, неоперенная. Если бы ты не отвергла наш мир, наши гильдии…
– Осторожнее со следующими словами, Иш Элиза. – Рычание Ашера обездвижило ее губы. – Я сделал тебя ишимом, я могу столь же легко избавить тебя от этого ранга. И без голосования.
Гнев, вспыхнувший в темных глазах Элизы, заставил тонкие волоски на моей шее встать дыбом. Я благодарна архангелу за защиту, но он не мог позволить себе нажить врага в лице Элизы. То, что она не любила и не уважала меня, это одно. И совсем другое, если она перестанет целовать землю под его ногами. Я полагала, что она достаточно умна, дабы не нападать на архангела напрямую, но довольно коварна, чтобы использовать Найю для наказания.
Она опустила острый подбородок.
– Прошу прощения, Сераф. Я не хотела ставить под сомнение твою… протеже. Своим предыдущим замечанием я лишь пыталась сказать, что офанимы – кладезь информации, которая гарантирует подготовку неоперенных к тому, что их ждет после завершения крыльев.
Ашер бросил на нее взгляд, который заставил бы любого другого наложить в штаны, но Иш Элиза только расправила плечи. Воцарившаяся тишина была настолько громкой, что перекрывала завывания ветра, который становился все сильнее, неся с собой запах осеннего дождя.
Элиза смахнула с глаз светлые кудри, обрамлявшие ее лицо.
– Ты вернешься домой, Сераф, или мне сообщить Семерым, что голосование придется отложить?
Ашер отпустил перила как раз в тот момент, когда с неба начали падать ледяные иглы дождя.
– Я пойду сейчас. – Он не касался меня никакими частями тела, только взглядом, но медленная ласка его взора вызывала дрожь во мне. – Я скоро вернусь, Селеста. – Взмахнув крыльями, он взмыл в небо.
Иш Элиза на мгновение замерла.
– Ты не уважаешь наш мир.
Навозный жук.
– Знаешь, как мы в Элизиуме называем подобных тебе женщин? Женщин, которые раздвигают ноги, чтобы соблазнить мужчин?