– Еще не прошло, – ответил Ян.
Лицо Кэт вытянулось, в глазах – недоумение.
– А что ты думала? Улыбнулись друг другу – и разошлись? После всего, что было?
– Нет, но… – она не закончила, тряхнула головой.
– Но – что? Кажется, в твоем желании прозвучала фраза о точках над i.
Ян не хотел грубить, но сдерживать себя не получалось. Да и стоило ли? Все это он переживал по ее вине.
– И еще. Сегодня переночуй где-нибудь в другом месте.
Снова этот взгляд – словно Ян тыкал в нее раскаленным прутом.
– Можешь, конечно, остаться. Если ты
Кэт смотрела на него, хлопая ресницами. И Яну до боли в висках захотелось хорошенько встряхнуть ее за плечи, а потом потребовать ответа, глаза в глаза: «Ну, так что ты здесь делаешь?!» Но Ян не выдал себя ни единым движением.
– А если она не согласится? – спросила Кэт.
– Тогда переночую один, – с неожиданным даже для себя злорадством ответил Ян и ушел в свою комнату – от греха подальше, как говорила его мама.
Ян тщательно продумал маршрут: включил в «прогулочный» список все места, которые должны были всколыхнуть воспоминания.
Сначала они сели в трамвай номер «10», который до сих пор курсировал. Ян даже словно случайно посадил Машу на то самое кресло. Когда она повернула голову, разглядывая пейзаж за стеклом, Ян увидел почти ту же картину, что и много лет назад. И что-то шевельнулось в нем, заныло, но не сладость воспоминаний или тем более отголоски первой любви, а нечто, похожее на болезненную ностальгию. На ту ностальгию, которую переживаешь без желания вернуться.
Несколько раз он едва не назвал ее Кэт.
Потом был педуниверситет. У одной из колонн Ян потянул Машу за руку, усаживая рядом с собой, и стал рассказывать, как на этом самом месте дожидался окончания пар – когда еще не знал ее имени.
Ян шутил, Маша смеялась в ответ.
Он сокращал расстояние между ними крохотными шагами. Подав руку, помог спуститься со ступенек. Приобнял, пропуская в вагон метро. Поправил ей волосы, которые попали под ворот куртки. Маша спокойно принимала его внимание.