Вышел в общую гостиную через пятнадцать минут бездумного просиживания в телефоне и встретился со скверно понимающим, напыщенным лицом своего друга. Он нажал на кнопку «без звука», отложил пульт и скрестил руки на груди, как профессиональный психолог, у которого беру услуги.
— Сотри свою мерзкую улыбочку, Ник, — пробурчал и присел рядом с ним, взяв с тумбочки ноутбук. Тот слегка подпрыгнул и приблизился ко мне, чуть ли не дыша в лицо. Ему пора уже найти кого-нибудь, чтобы она смогла усмирить его буйное любопытство.
— Прости, милый мой друг, но окна запотели от накаленного воздуха.
— Открой порнохаб и наслаждайся тем, что для тебя доступ закрыт, — сухо бросил и уставился в монитор, вбивая в таблице цифры для подсчета.
— Жаль. Думал, тройничок будет.
Непроницаемо взглянул на него. Ник хохотнул и затылком уперся в стену.
— Вообще, хотел спросить. Что вы будете теперь делать?
— В каком смысле?
Брови сошлись на переносице от сильного натуга.
— Ну, вы оба не свободны…
— Мы еще не разговаривали на эту тему, ведь…у обоих свои тараканы в семье. Живем пока что настоящим. Но я хотел бы, чтобы нас связывала не одна общая тайна, а долгие годы.
— Ого, так ты влюбился. — Это прозвучало не как вопрос, а скорее утверждение. — Я буду за тебя рад, Семен. Честно. С Женей ты не сиял так ярко, как сейчас умело скрываешь это за напускным деловым видом. Но ты должен помнить, какие бы тихие гавайские уединения не были у вас, найдутся свои подножки на ваше счастье.
— Знаю. Я пытаюсь найти выход из этого.
— Ты правда ее любишь?
Повисла гудящая тишина.
На этот вопрос я не мог ответить. Точнее что-то не давало сказать три проклятых слова, потому что тогда окажусь поверженным на всем, что строил годами. Моя открытость сгубила же меня в прошлом, люди стали мною лицезреть, как на зверюшку в зоопарке. Родители не видели во мне ничего, кроме как чувств, впоследствии сгубившие их. С кем я искал свое предназначение оказывались двуличными и млели о каких-то подвигах, которые лучше всего выполняет кошелек с деньгами. Я и не знаю, какого это говорить о своих чувствах девушке, что мне не безразлична.
В какой же момент я упустил из виду мою дурную влюбленность? Что я нашел в Кате на самом деле?
Я не стану отрицать, что самая первая наша встреча и стала ключом к двери: толкнув однажды, мы сломали ее окончательно. Ее неприступная и характерная сторона личности не столько убивала, сколько притягивала к себе. Она не была похожа на ту кроткую девушку в юности, но в ней было много силы, спесива противостоять темноте. Помимо этого, девушка была просто напугана прошлым, и не мыслила ни о чем другом, кроме