— По-твоему, я могу настолько легко бросаться признаниями в любви? — Он прямо и открыто заглянул в хмурое лицо. — Просто ради какой-то сраной презентации?

Это даже обидно. Хотя, казалось бы, куда еще обиднее и глупее в их ситуации?

Ей понадобилась секунда, чтобы проанализировать смысл сказанного.

Один. И сосредоточенная морщинка между бровей разгладилась.

Два. Карие глаза округлились.

Три. Губы удивлённо приоткрылись.

Джекс застыла, как статуя.

— О чёрт… — прошелестел её хриплый выдох.

Дошло наконец. И это самая худшая реакция, которую только можно было представить. Люк поморщился и с силой растёр лицо ладонями.

— Ну нет, не смотри на меня так. — Он стащил с плеча футболку и начал бездумно перебирать ткань в руках. — Я не дебил, Джекс. Что бы ты обо мне ни думала, я понимаю слово «нет» и не собираюсь навязываться девушке, которой отвратителен. — Он нервно скрутил тряпку в жгут. — Тебе не придётся от меня бегать. Я всё понимаю.

Она так и не пошевелилась. Слова на мгновение повисли в воздухе, горло пересохло. Но надо договорить.

— Извини за вчерашнее и за все другие разы. Не знаю, в какой момент у меня начала съезжать крыша: когда ты затащила меня за тачки или еще раньше… — Люк криво ухмыльнулся, отшвырнул футболку на сабвуфер и поднял взгляд. — Я не должен был отгонять от тебя того задрота или обнимать, или что там я еще делал… Я даже не собирался этого делать, потому что и тогда понимал, что не подхожу тебе. — Он пожал плечами и взъерошил волосы на затылке. Просто чтобы хоть куда-то деть руки. — Давай сделаем вид, что ничего не было, окей? Ты ничего мне не должна. И жалеть меня тоже не надо.

Ну вот теперь точно всё. Можно выдохнуть. Самое трудное позади, и осталась только усталость. От всего. От этого вечера, ситуации, долбаной жизни. Джекс так и продолжала молчать. Ей уже можно уходить, но вряд ли она найдёт выход сама, придётся показать и постараться не касаться её лишний раз…

Люк оперся ладонью на сабвуфер, чтобы подняться на ноги. Но не успел.

По небольшому помещению пролетел судорожный вдох.

— Какой же ты идиот, — покачала головой Джекс, зажимая пальцами переносицу.

Косуха разошлась, взгляду открылась полоска усыпанной веснушками кожи между топом и шортами. Люк плюхнулся обратно на сабвуфер.

— Я в курсе. — Он с силой прикусил губу.

Можно подумать, он сам себя так не называл в последние сутки…

— Ты всё это время только и делал, что дразнил меня, — отчеканила она, уперев кулачки в бока.