Как я могла в это поверить? Со мной Хенрик всегда был ласков, заботлив, весел и добр. По словам Александра, он пытался изнасиловать их кузину, оказавшись гнусным извращенцем. Так может быть, я на самом деле никогда его и не знала?

– Но он… – начала я, запинаясь и совершенно сбитая с толку. – Вы нашли доказательства?

– Разумеется. Я их нашел. Когда забирал его вещи, то нашел трусики кузины между страницами Библии цвета слоновой кости.

Я невольно зажмурилась, услышав об этом. Я помню эту Библию цвета слоновой кости. Мама подарила ее Хенрику, потому что мы католики. Значит, это правда. Весь этот ужас – чистая правда! Александр только что признался в совершенном преступлении. Он даже не пытался оправдываться. Он с ужасом и болью принял то, что они вчетвером убили человека.

Я судорожно вздохнула. С минуту мы оба молчали. В кампусе Тагуса было спокойно, зато в душе у меня царил полный хаос. Никогда я не чувствовала себя настолько потерянной, как в эту минуту.

– Почему ты не сказал Эгану, кто я такая? – спросила я наконец. – Или он уже знает?

– Нет, не знает. Когда ты приехала, я размышлял, сказать ему или нет. Я хорошо понимал, что ты намерена делать, и был уверен, что он не поймет твоих мотивов. Сейчас он одержим мыслью о том, как защитить нас, и поэтому сделает все возможное, лишь бы убрать тебя подальше, чтобы не создавала проблем.

– В любом случае он что-то подозревает, ведь так?

– Ты казалась ему очень опасной, и мы должны были за тобой следить, – согласился он. – Именно по этой причине он и сделал тебя своей девушкой. Он поручил мне провести расследование, кто ты такая, но я давал ему лишь ту информацию, какую хотел.

– Почему?

Александр нервно хмыкнул. В его глазах мелькнула обида.

– Потому что я не хочу так жить, – сказал он, с подлинной горечью покачав головой. – Не хочу жить в войне с Риганом, не хочу жить в постоянном страхе, что отец ушлет нас в какую-нибудь дыру на краю света. Не хочу, чтобы Эган продолжал разгребать наше дерьмо, а Адрик все глубже увязал в гибельных отношениях с кузиной. Я устал, я зол и раздавлен чувством вины. И не хочу, чтобы все это продолжалось.

Я не могла поверить в услышанное. Хотя, быть может, просто не хотела этому верить, как бы мало Александр ни был похож на Эгана в эту минуту. Я хотела ненавидеть его, но в то же время не могла.

– Это же твоя семья, – смущенно напомнила я.

– А еще мое наказание, – удрученно пояснил он. В его глазах мелькнула скорбь. – Мне приходится лгать ради Эгана, который заставляет меня встречаться с этим типом только потому, что по моей вине Мелани познакомилась с Тейтом… Из-за этого я уже на грани срыва.