Эган некрасиво фыркнул. Голова его мотнулась из стороны в сторону, и он раздраженно отвел глаза.

– Я не пьян, – возразил он совершенно пьяным голосом. – Не ври!

Но он был именно пьян, потому что проорал это так, как будто я находилась в другом конце комнаты и могла не услышать.

– Ты даже видишь неважно, можешь и меня не узнать. – Я попыталась поднять его и проводить в спальню. – Ну же, вставай…

Но тут Эган повернул голову и посмотрел на меня. Я тут же закрыла рот. Мы оказались лицом к лицу, в нескольких сантиметрах друг от друга. Возможно, от него и пахло спиртным, но я этого даже не заметила, таким совершенным показался он мне в эти минуты, в этом пространстве и времени.

– Ты Джуд, – со всей уверенностью заявил он. – Ладно, тебя зовут Айви, но я знаю, что ты Джуд. У тебя светло-карие глаза, но, когда ты злишься, они темнеют. Твои волосы на самом деле каштановые, а не черные и не рыжие. У тебя быстрая походка, и ты хмуришься, когда размышляешь. Ты говоришь очень быстро, когда чувствуешь себя уязвимой или не можешь контролировать ситуацию, ты ешь как не в себя, а еще… – Он протянул руку и ткнул пальцем мне в грудь. – Еще у тебя есть маленькая родинка вот здесь.

Я застыла, ошеломленно уставившись на него. Сказать по правде, я была воплощением шока: рот открыт, брови нахмурены, глаза вытаращены…

Я точно не ослышалась? Может, забыла почистить уши, и теперь у меня пробки? Да нет, Эган точно это сказал. Да, он много выпил, но его голос звучал вполне рассудительно – настолько рассудительно, что в первую минуту я не понимала, что мне теперь думать, говорить и делать.

Его губы сложились в кривоватую, но веселую усмешку.

– Вот видишь, сколько я о тебе знаю! – сказал он, глядя на мою растерянность.

– Да, ты все обо мне знаешь, – глупо заморгала я, по-прежнему не шевелясь. – Но… откуда?

Эган покривил губы, словно речь шла о чем-то элементарном.

– Мне пришлось очень хорошо изучить тебя, чтобы переиграть, – признался он.

Я опять не знала, что сказать. Ждала от него чего угодно, только не того, что он начнет перечислять такие подробности. Было очень странно это узнать; чего-то я даже не понимала, словно у меня во лбу открылся третий глаз, давая возможность увидеть все с другой точки зрения.

– Эган, сдается мне, ты совсем не такое чудовище, каким хочешь казаться, – пробормотала я, как будто только что это выяснила.

Он по-прежнему смотрел на меня полуприкрытыми пьяными глазами. И тут задал вопрос, которого я никак не ожидала:

– Когда мы с тобой целовались, ты чувствовала ко мне что-нибудь, кроме отвращения?