Мне пришлось вернуться в чертов магазин. Честно говоря, я бы предпочла помочиться прямо на пол, чем снова войти в это место, но у меня не было еды, а мне совсем не хотелось умирать с голоду.

Едва я переступила порог, как продавец посмотрел на меня, злобно и тупо ухмыльнувшись, словно хотел сказать: «Я знал, что ты вернешься». Я отвернулась и попросила каких-то продуктов, бутылку рома и три пачки сигарет. Он пробил мне все это с раздражающей медлительностью.

В эту минуту в кошмарном магазине мне вдруг показалось, что придется провести здесь всю жизнь, и мне захотелось умереть. Хотя это было несправедливо, ведь я изменилась, стала более зрелой, более понимающей, научилась видеть в происходящем как можно больше хорошего и злилась, что никто этого не заметит, единственное, что мне остается – умереть в одиночестве, тоскующей, печальной и никому не нужной.

Ну что ж, больше мне ничего не оставалось.

Я обреченно забрала покупки. Признаюсь, мне хотелось броситься в реку и утопиться, как дети Плакальщицы (если вы не знаете эту легенду, поищите в интернете, хотя предупреждаю, она страшная), но у меня еще оставались силы, и я решила, что топиться глупо.

Я вышла из магазина, как побитая собака с поджатым хвостом. Я шла, представляя, как расправлюсь с мерзавцем Кори.

Внезапно чья-то тень молча скользнула мне за спину, и мне на голову накинули темный мешок. От неожиданности я выронила покупки. Я не понимала, что происходит, и попыталась сбросить мешок с головы, но кто-то тут же схватил меня обеими руками за шею. Я чуть не задохнулась; все во мне кричало: «Опасность!»

Я включила режим «Защищайся как бешеная» и попыталась сорвать с головы мешок, яростно обороняясь, но похитители тоже были не дураки; я поняла это в тот миг, когда второй тип, достаточно сильный, схватил меня за руки, заломил их за спину и надел наручники.

Хотя это повергло меня в еще больший ужас, я не сдалась. Вдохнула немного воздуха сквозь узенькую щель между краем мешка и шеей и принялась вопить, кричать и возмущаться, требуя ответа, какого черта меня похитили и что со мной теперь намерены делать.

Конечно, никто не ответил. Единственным ответом был сильный толчок в сторону тропинки. Я попыталась бежать, но кто-то ухватил меня за плечо и рванул на себя.

– Или ты пойдешь сама, или мы огреем тебя по башке! – приказал чей-то голос, грубый, злобный и незнакомый.

В панике я поняла, что никогда в жизни не слышала этого голоса. И тогда разум велел мне подчиниться, потому что:

а) быть может, тогда я лучше сумею оценить свои возможности;