б) я не такая дура, чтобы рисковать быть избитой в весьма опасной ситуации.

И я послушно пошла вперед. В то же время постаралась напрячь слух, но до меня доносились лишь какие-то слабые отголоски. Ясно было только одно: бежать я не могла, потому что за спиной слышались шаги похитителей, которые то и дело подталкивали меня в спину. В любом случае я старалась понять, куда меня ведут, но ничего не видела и дрожала от страха.

Так что я не имела права делать глупости.

По моим подсчетам, я шла около пяти минут, как вдруг послышался гул мотора приближающейся машины.

– Садись в машину, – приказал тот же голос.

И тут чья-то огромная рука снова схватила меня за плечо, бесцеремонно встряхнула и толкнула внутрь. Я довольно сильно ударилась, но по звукам поняла, что меня затолкали в кузов грузовика, из тех, в каких перевозят продукты.

Они закрыли дверь и заперли ее, затем кто-то поспешно запрыгнул в кабину, и грузовик тронулся. Пол подо мной вздрагивал всякий раз, как машина подпрыгивала на ухабах грунтовки (других дорог на острове и не было). В мешке я вспотела, дышать становилось все труднее. Я задыхалась в приступе клаустрофобии. Сердце бешено заколотилось от страха. Я ничего не понимала и совершенно не представляла, куда меня везут, кто меня похитил и почему.

Или все-таки представляла?

Внезапно в памяти всплыло знакомое имя: Риган. Потом еще одно: Эдриен.

Самым логичным и страшным было предположение, что Эдриен и Риган послали своих людей отомстить мне за то, что я их разоблачила.

Дело дрянь.

Пока меня везли, я так и сидела на полу, со скованными за спиной руками, хватая открытым ртом спертый воздух. Я пыталась строить планы спасения, но разум разрывался от тысяч идей, предположений и вопросов, почему я оказалась в подобной ситуации.

Как они собираются меня убить? Просто убьют или сначала будут пытать? Увижу ли я Ригана? И Эдриена? Значит, Эган, Адрик и Александр проиграли? Их отца освободили, и он решил отомстить?

От этой мысли у меня закружилась голова и свело живот.

Меня чуть не стошнило на нервной почве, но я сдержалась.

Одна за другой проходили минуты, а возможно, и часы. У меня вспотели лоб, шея и ладони. Мне хотелось кричать, топать ногами, брыкаться и кусаться, но я понимала, что вряд ли это поможет.

Грузовик остановился. Я услышала, как с силой хлопнула водительская дверь. Потом последовала долгая тишина. Затем щелкнули дверные замки, повернулись ручки, и в следующую секунду двери открылись. Сквозь неплотную ткань мешка у себя на голове я увидела тусклый отблеск света.

– Вылезай, – приказал другой голос, еще более грубый, хриплый и, конечно, тоже незнакомый.