С Рахмановыми Демид договорился, не знаю как. Но убедил меня, что больше никто ко мне не полезет. И слово сдержал – полтора месяца я живу донельзя скучной и обычной жизнью.

Только сложная беременность добавляет краски.

Сложная потому, что у меня токсикоз не проходит, постоянно хочется спать. Иногда укачивает от того, что я стою, а давление гуляет американскими горками.

Поэтому Костенко пришлось отпустить меня в декретный отпуск раньше, я не могла даже в больнице находиться, где всё пропахло лекарствами и моющими средствами.

А я… Переехала, в другой город. Чтобы на время начать новую жизнь, подумать, где и как мне было лучше. Чего мне хочется на самом деле, а не под влиянием воспоминаний.

Только Демид не дает сбежать окончательно.

Я знаю, что если напишу ему, то он тут же прекратит. Присылал мне цветы – я отказалась, больше ни одного букета не получила. Сейчас он прислушивается к моим желаниям.

Только почему-то палец замирает над кнопкой, когда я в очередной раз хочу отправить банальное «хватит». Стираю, оставляя наш диалог пустым.

Позже напишу.

– Прости, – Аля виновато морщится, удерживая на руках сына. – Моя маленькая липучка, ничего не могу поделать.

– Без проблем. Тебе нужно домой или остаешься?

– Остаюсь, конечно. Тебе скоро в Киев возвращаться, не хочу терять время с тобой. Здесь недалеко парк, пройдёмся?

Я киваю. С Алей мы познакомились случайно. Ильдар налетел на меня, а девушка очень долго извинялась, помогая собрать мои вещи. С растущим животом это делать не так просто.

Девушка младше меня на пять лет, но не думаю, что встречала настолько открытых и радостных людей. Она даже дождю улыбается так, словно впервые видит.

Но дружба с Марисой научила меня многому. Первое – не вестись на милую улыбку и не доверять слишком, даже если кажется, что это твой человек. Потому что нет, не факт.

Мариса пыталась со мной поговорить, но я даже слушать не стала. У Демида был хоть какой-то повод так поступать, у моей «подруги»… Свои желания, которые никак не вязались с моей защитой.

Она радо променяла нашу дружбу на возможность выйти за мужчину, который устроит и её, и её родителей. С радостью распускала слухи о разводе, не пыталась меня предупредить… Поставила свою выгоду выше нашей дружбы.

Могу ли я её понять?

Возможно.

Но точно не простить.