Он кивнул.

— Тогда, сынок, ты знаешь свое дело?

Он снова кивнул, на этот раз уголки его губ слегка приподнялись.

Происходило что-то страшное, и я поняла, что это правда, когда Мэтт напрягся, а широко раскрытые глаза Дейзи повернулись ко мне.

— Ширлин, — сказала Дейзи, поворачиваясь к Ширлин. — Я подключила к делу Маркуса.

— Хорошо, а я подключила к делу Дариуса. Значит, эти тупоголовые ублюдки никуда не денутся, не так ли? Или они считают, что могут связываться с Ширлин и стрелять в моих друзей? Не-а, я так не думаю.

Нет.

Нет, нет, нет.

Ладно, мне понравилось, что Ширлин не злилась на меня и считала другом, но, видимо, здесь речь шла о том, чтобы кого-то замочить. Да, я хотела, чтобы мои проблемы исчезли раз и навсегда, но не была готова к такому.

— О чем мы здесь говорим? — спросила я.

Ширлин открыла рот, чтобы ответить, но вмешалась Дейзи:

— Ее мужчина — Эдди Чавес.

Рот Ширлин захлопнулся, а глаза расширились.

Великолепно. Теперь Эдди — «мой мужчина».

Я сделала глубокий вдох.

Как угодно.

— Правда, я не могу… — начала было я.

— Замолчи, возьми себе чай со льдом и прижми свою задницу. Мы будем смотреть «Дни нашей жизни».

Без дальнейших церемоний она включила телевизор, и кто-то протянул мне чай со льдом. Я слишком испугалась Ширлин, чтобы ослушаться ее приказа смотреть «Дни нашей жизни», хотя у меня имелись другие дела, много дел, например, сказать Эдди, что я почти уверена, как Ширлин только что отдала приказ убить Винса Фрателли. Вместо этого я прошла вперед и села в фиолетовое, как динозавр Барни, кресло.

Ширлин наблюдала, как Мэтт и Дариус направляются к двери.