Смеется.
Теряет контроль.
Обретает его.
Мне хотелось убить Эндрю Эрроусмита собственными руками.
И я с пугающей уверенностью знала, что способна сделать это, если мне представится возможность.
На записях не было видно лица Эндрю, но был слышен его голос. Как были очевидны и его мотивы сделать то, что он сделал.
В половине седьмого утра я встала и отправилась в душ. Глаза опухли оттого, что я проплакала всю ночь.
Два факта я знала без тени сомнений.
Первый: я позабочусь о том, чтобы Эрроусмит лишился всего, даже если это будет последнее, что я сделаю в жизни.
Второй: после пережитого Киллиан в самом деле был неспособен испытывать чувства. Но даже не любящие люди заслуживают, чтобы их любили. Даже он заслуживал мира, душевной близости и родного дома.
С этого момента я позволю ему обладать мной на его условиях.
Даже если это уничтожит мое разбитое сердце.
Двадцать вторая
Двадцать вторая
Киллиан
Киллиан
– Сэр, у вас посетитель.