Мэри улыбнулась, и Уилл не мог не улыбнуться в ответ.

– У тебя все наладится, сынок, только отпусти прошлое. Я не начала выздоравливать, пока этого не сделала.

– Если вернуться назад, ты хотела бы никогда его не…

Не успел он договорить, как Мэри покачала головой.

– Конечно, нет. Не встреть я его, у меня бы не было тебя и Роуэн, а я вас очень люблю. Я жалею только о том, что у вас было такое ужасное детство. Я много раз хотела схватить вас и убежать, да не хватало духу.

– Не в этом дело, мама, – сказал Уилл, положив руку поверх материнской, все еще прикрывающей изображение Питера. – Теперь мы понимаем, что это было эмоциональное насилие. Тебе не повезло, ты встретила плохого человека, и мы с Роуэн никогда не винили тебя.

– Я себя виню, Уилл!

– Ты была жертвой, как и мы. Даже в большей степени.

Уилл сжал ее пальцы.

– А теперь у тебя другая жизнь, которой ты достойна, с человеком, который любит тебя даже больше, чем свой велосипед…

– Чуточку меньше, – возразила Мэри, высвободила руку и погладила сына по лицу. – Не позволяй ему испортить твою жизнь. Он того не стоит. Посмотри на него!

Уилл вновь посмотрел на Питера, теперь уже равнодушно. Он не видел этого человека двадцать семь лет и никогда не увидит вновь. Они с Питером Гамильтоном всегда были чужими. Питер не знал его настоящего, даже в детстве. Он видел в сыне лишь отражение собственных слабостей и разочарований.

Тем более он не знал, каким стал Уилл теперь, так зачем считаться с его жалким мнением? Этот чужой человек не должен иметь над ним никакой власти.

Всю свою жизнь Уилл поступал так, точно хотел заслужить одобрение Питера Гамильтона. Получал диплом с блестящими оценками. Работал в Берлине, Париже, все эти годы в Нью-Йорке: зарабатывал больше денег, чем мог потратить, жил в квартирах с панорамными видами, покупал последние гаджеты и дизайнерскую одежду.

И не только материальное: каждый марафон, каждая покоренная вершина, каждая красивая женщина, с которой он встречался. Все это были своего рода попытки послать подальше Питера, человека, который считал его ни на что не годным.

И все равно он чувствовал себя несчастным, неудовлетворенным, несостоявшимся. Как и его отец. Глядя на Питера Гамильтона, стоящего на пороге жизни, еще не превратившегося в обозленного неудачника, Уилл понял: он всегда стремился к тому, к чему стремится в момент, запечатленный свадебным фотографом, Питер.

Теперь он хотел совсем другого: любить и быть любимым, не боясь, что любовь сделает его уязвимым. Когда находишь человека, который тебя по-настоящему любит, ты не становишься беззащитным. У тебя появляется партнер, единомышленник. Тот, кто поддержит в трудную минуту. Человек, которому ты отдал свое сердце. Надежный, как Марго.