– Вивиан, ты должна мне все рассказать. Давай, детка. – Она тянет меня за руку, чтобы я села, и сама с ногами забирается на мою кровать.

Так мы и сидим в позе лотоса друг напротив друга, пока я рассказываю маме свою историю любви с самого начала, как только я его увидела, вплоть до последнего дня, когда я приезжала к нему на ее «Джетте» сказав дома, что еду за молоком.

Конечно, я упускаю детали нашего секса, но смело говорю, что между нами он был. Мама лишь интересуется, предохранялись ли мы. Я стараюсь убедить ее в том, что Лиам не такой, каким они видят его, что он честный и хороший. Никто не виноват в том, что мы оказались в разных положениях в обществе.

Но я не рассказываю ей о том, что рассказал мне Кайден, так же не рассказываю о том, что у нас были большие планы на будущее, когда мы сможем быть вместе открыто. Да, я верю, что Лиам меня любит. Пусть он это не говорил, но он мне это показал. Я чувствую какую-то неуверенность в себе, будто все, что я говорю – это заученные фразы.

– Как ты думаешь, почему папа все еще не пошел к директору? – тихо спрашиваю я маму, когда заканчиваю свой рассказ.

Она неопределенно пожимает плечами.

– Он еще грозится. Честно, я не могу ответить на этот вопрос. Я думаю, что в глубине души он верит твоим словам о том, что вы любите друг друга. К тому же, – она вздыхает, – ты так его просила не делать этого. Вив, у твоего отца сердце разрывалось, когда ты плакала. Он просто этого не показал.

Шмыгнув носом, я приникаю к маминой груди.

– А что думаешь ты?

– Я просто хочу, чтобы ты была счастлива.

* * *

После разговора с мамой мне становится легче. Но, к сожалению, в реальности это ничего не меняет.

Все застыло на одном месте. Лиам не звонит и не пишет, как и я ему. Вчера мне мама рассказала, что папа ездил к нему в тот день, когда им рассказал о нас Кайден, и ударил его. Лиам понимает всю серьезность ситуации, и возможно, поэтому не связывается со мной. Я как-то странно к этому отношусь. Словно боюсь разговора между нами после всего этого.

После последнего урока я иду к своему шкафчику и запихиваю в него свои учебники. В нижнем отделении лежит моя спортивная сумка с сапогами и крагами. Прямо сейчас я собираюсь пойти в конюшню.

Чья-то рука хватает дверцу моего шкафчика. Повернув голову, я вижу перед собой улыбающегося Лестера. Его школьный пиджак расстегнут, галстук почти совсем развязан.

– Привет, – говорит он, тряхнув светлыми волосами.

– Привет, – отвечаю я, продолжая аккуратно складывать учебники.

– Почему я не вижу тебя на арене? – Лестер игриво складывает губы и прикасается виском к железной дверце.