– С огромным трудом, но выиграли, – говорит Люк, когда мы идем к раздевалке, в которой слышны радостные вопли парней.
– Это-то меня и беспокоит, что с огромным, – отвечаю я.
Но команде таких слов говорить крайне непрофессионально. Видя своих тренеров, парни кричат и громко хлопают.
– Так держать, парни, – перебивая их ор, говорю я. – Поднажали вовремя.
– А северяне напугались, – добавляет Люк. – Вы видели их самодовольные лица в самом начале? Они думали, что им повезет на нашей арене?
Парни поддерживают слова Люка громким криком.
– Тренер, а вы случайно не сцепились с их тренером? – на меня смотрит Колтон. – Говорят, он часто мелет лишнего языком на играх.
Все смотрят на меня, а точнее на мою разбитую губу. Никто ничего не сказал, когда я показался с этой крошечной ссадиной, но сейчас она вдруг стала всех волновать.
Люк рядом со мной тяжело вздыхает.
Я качаю головой.
– Должен вас расстроить, я не бил морду тренеру соперника.
Все смеются, кроме Кайдена. Он стоит сбоку ото всех, скрестив руки на груди. Его хмурый взгляд никак не связан с игрой. Обычно я не говорю ребятам об ошибках сразу после игры (кроме одного единственного случая с Лестером) и не собираюсь этого делать сейчас. Разговор с Кайдеенм вряд ли пойдет о сегодняшней игре.
– Арчер, зайди ненадолго в тренерскую, – говорю я и выхожу из раздевалки.
Люк уходит на площадку, а я захожу в свой, скажем так, рабочий кабинет и сажусь за стол. Пару минут я пялюсь на стены, затем раздается решительный стук в дверь.
– Входи.
Кайден даже не удосужился снять коньки и нагрудник. На нем почти вся экипировка, кроме шлема и перчаток.
– Вы о чем-то хотели поговорить, тренер? – тряхнув темными мокрыми волосами, Кайден бросает на меня хмурый взгляд.
В слове «тренер» я четко услышал издевку.