— Ооо, ледышка-а-а-а, — я только трогаюсь с места, как тут же останавливаюсь. Прислушиваюсь. — Ты так быстро-о ответи-ил мне-е. Ждал моего звонка? Ехехе.

Выпадаю в осадок.

Судя по весёлому голоску, выпила. И так много, что даже звонит мне. Ледышкой зовёт. Какого чёрта? Почему ледышка?

— Ты выпила? — спрашиваю совершенно спокойно, всё же выезжая со стоянки.

— Да! — гордо восклицает.

— Ты же к сестре поехала, — со скепсисом. Так. Обманула? Не должна. Я точно помню, что в доме том Камилла живёт. — А она беременная. Не пьёт.

— Ну, вот так она и не пьёт! — отвечает навеселе. — А мы с тётей… Ну, не кодированные вроде. Позволили чутка.

О, нет…

Хуже одной пьяной женщины может быть только две пьяные женщины.

— Где ты сейчас? — дома должна уже быть. Ночь поздняя на дворе. А, собственно, чего она так напилась? Отъезд мой празднует?

Неосознанно сжимаю руль. Сучка мелкая.

— Я? — переспрашивает.

— Ты, — усмехаюсь. Чёрт, надеюсь, она осталась у сестры дома.

— У магазина сижу, — о, нет… — Шоколадку ем. И… кажется, блин, не знаю. Что-то пью!

— Выкинь, — вряд ли она послушает, но всё же с нажимом приказываю. — Пойло с супермаркетов лучше не пить. Я тебе другого налью. Выкидывай.

— Не хочу, — бубнит обиженно. — Мне тогда скучно будет. И я до дома не дойду…

Одна несносная девчонка ночью. Где-то на улице. По тому, как она умеет искать неприятности на свой упругий зад, она найдёт их и сейчас.

— Где ты? — ускоряюсь, вжимая ногу в педаль газа. Я совсем недалеко от дома её сестры. Осталось только найти, среди каких магазинов она сидит.

— Да это неважно, — отмахивается. — Я чего звоню…

А вот это, кстати, хороший вопрос.