– Что вообще случилось и почему мне не сообщили раньше? Я бы не уехал, но мне уже почти удалось решить проблемы в Чиангмае. Не о чем беспокоится.
На деле же из глубин незащищенности рвалось: «Неужели я не нужен тебе даже перед лицом смертельной опасности?!» Неужели, он до такой степени бесполезен для отца, что даже в лежачем состоянии тот в нем не нуждается?
– Не спеши… закончи дела и спокойно возвращайся. – Отец говорил паузами, через усилия. – Тебе не нужно… бояться.
– Это все равно пугает.
Может, не стоило этого произносить, но именно страх за отца и побудил обнажиться: дабы не выпустить слезы, пришлось выпустить слова.
– Я буду в порядке. Обещаю.
Как можно верить тому, кто не сдержал обещание перед мамой? И все же Мин смолчал и бесконтрольно кивнул. Тянуло поверить. Нет,
– Если они не поставят на ноги своего основателя, это будет крах всей больничной сети. Никто не хочет рисковать рабочим местом, так что для меня делают все возможное.
Эта была неловкая попытка пошутить, и Мин чуть не расхохотался от мысли, что отец пытается таким образом… успокоить его?
– Я уже не тринадцатилетний ребенок. Я справлюсь, поэтому… просто поправляйся.
Мин ощутил, что не только он почувствовал опасную близость потери. Как десять лет назад. Поэтому он все же решил приехать и увидеть отца. Для собственного спокойствия. Чтобы вновь контролировать ситуацию.
Но Лайт… зачем звонит?.. Зачем все продолжает появляться на пути после сказанного у лиловой стены? Рука так и тянулась к телефону, но разум выиграл в ожесточенной хватке. Он так и не перезвонил.
«Мы не можем… потому что я умру, Мин».
Не могут же, да?
_________________________________