Экономка молчала всю дорогу домой, вытирая бесшумно стекающие слезы. И все же перед тем, как выйти из салона, ее слова стали камнями, упавшими в озеро безмолвия:

– Понимаю, тебе страшно. Но твой отец – один из самых сильных людей, которых я знаю. Кхун Равит не оставит тебя так просто, семья очень важна для него. А когда вся семья заключена в одном человеке, это делает его бесценным. Отец боится потерять тебя не меньше, чем ты его. Как бы вы оба ни старались не показывать этого.

Мин не стал спорить, лишь устало кивнул.

Следующие два дня ему пришлось присутствовать на собраниях акционеров, где обсуждалась стратегия развития и нововведения, и, конечно же, произошедшее нападение на отца. Десяток мужчин и несколько женщин активно вели беседу и без его участия; он был тут лишь номинально и прекрасно это уяснил. Большинство смотрели на него свысока с горы своего опыта, а Мин предпочитал, чтобы не смотрели вовсе. Однако глаз не отводил. Тем самым бросал им вызов, безмолвно говоря: «Думаете, я хочу здесь быть? Но как ни крути я здесь вместо отца, поэтому смиритесь!»

Мин отвечал, когда к нему обращались напрямую, а когда его не спрашивали, молча наблюдал. На документах нужна была его подпись, и некоторые акционеры ворчливо фыркнули, когда он ответил, что секретарь вернет их позже, когда прочитает бумаги. Будто бы читать эту бумажную волокиту и мелкий шрифт юридических нюансов ему доставляло сильное удовольствие, но тем не менее даже самый отъявленный идиот знает – читай, что подписываешь. Особенно то, что написано крошечными буковками.

Он не собирался в ближайшее время превращаться из наследника «VN Medicine» во владельца. Но ныне кто-то будто бросил на пол тарелку, а собрать осколки требовали от него. А потом превратить их обратно в целую посудину.

Произошедшее с основателем «VN Medicine» навело панику в больницах, но Равит Вонграт все эти годы трудился с проверенными и опытными людьми, которые знали свои обязанности, поэтому и без руководителя работа продолжала кипеть. В этом особенность крупных предприятий: потеря одного человека глобально ничего не значит. Хотя отец и не был простым работником. Однако, чем это обернется в будущем, – уже другое. Любой бизнес, как и живое существо, можно уничтожить. Даже успешный, только возжелай.

Когда он остался наедине с Прином Супаратом, мужчина сообщил об еще одной возникшей проблеме. Член семьи пациента, которого не удалось спасти после сложной операции, подал в суд и требовал крупной суммы в качестве возмещения ущерба.

– Тебе нужно лично поехать в Чиангмай[57] и урегулировать ситуацию, чтобы они забрали иск. Если об этом деле прознает пресса, после новостей о нападении на Равита наши акции упадут еще больше, – хмуро уведомил Кхун Прин.