На моих глазах выступили слезы оттого, что он действительно думает так про себя, что он не считает себя достаточно хорошим.

Джаксен: Я ничего от этого не жду. Более того, я не жду ничего от тебя. Я и так забрал более чем достаточно.

После этого я увидела еще облачка сообщений, и хоть я и не должна была делать этого за рулем, я схватила телефон с сиденья. Джакс понятия не имел, что я чувствовала. Он не мог продолжать думать, что недостаточно хорош для меня.

Занеся пальцы над экраном, я начала писать ему ответ.

Я: Ты ничего не забрал у меня. И не мог. Джаксен, я люблю…

Машина просигналила прежде, чем я успела отправить сообщение, и я перевела взгляд на дорогу. Я свернула на другую полосу и бросила телефон, чтобы положить обе руки на руль.

Микроавтобус взревел рядом со мной, съезжая на обочину, и, обернувшись, чтобы проверить, все ли с ними в порядке, я не заметила, что движение передо мной замедлилось.

Я резко повернула руль влево, из-за чего меня занесло на третью полосу.

Удар последовал незамедлительно.

С моей стороны раздался скрежет, машина перевернулась, меня швырнуло, и вновь последовал удар сзади.

Удары сыпались снова и снова отовсюду. Моим универсалом словно играли в пинбол. Машины не могли вовремя остановиться, наезжая на меня со всех сторон, и стекло вдребезги разлетелось вокруг меня.

Кажется, я кричала. Кажется, я плакала. Я, честно, не знала.

Я лишь помню, как все… к счастью, погрузилось во тьму.

Глава 33 Джакс

Глава 33

Джакс

Мы с Риком приехали в больницу вместе. Его жена Мэгги позвонила ему рано утром.

Клио попала в аварию.

Это случилось, когда девушка возвращалась в университет, и теперь Мэгги сама пыталась добраться до больницы. Из-за этого подробностей она сообщила немного, но настойчивость в ее голосе говорила о страхе. Мачеха добавила, что в больнице ей мало что сказали, но ей нужно добраться туда как можно скорее.

Мы с Риком оба вылетели ближайшим рейсом.

Мы полетели вместе, и я не спрашивал, могу ли я и стоит ли мне это делать. Я просто полетел.

Мы прибыли туда вместе.

Рик, к счастью, хорошо ориентировался там. Он бывал в больнице пару раз по общественной работе, поэтому точно знал, где находится отделение реанимации. Отец обратился на стойку регистрации, и там ему сказали, куда идти дальше. Мы нашли Мэгги сразу же, одну, с папкой-планшетом в руках. Она просматривала около миллиона карточек, лежащих у нее на коленях.

– Мэгги! – Рик тут же ускорил шаг, я пристроился рядом с ним. Он помахал моей мачехе – казалось, женщина, вот-вот расплачется.

О боже.

Я не мог позволить себе думать об этом. Мы еще ничего не знали, и было бы глупо паниковать. Не раньше, чем что-то станет известно.

– Рик. О боже! – Слезы все-таки закапали с ресниц моей мачехи. Дрожа, она прижала к себе моего отца. – Слава богу, ты здесь. Я не знаю, что делать. Я не…

– Все в порядке, – сказал он, отстраняясь, и я отдал папе должное.

Он держался лучше меня.

Потому что, увидев Мэгги вот так, в гребаных слезах и панике, я сам был готов сорваться. Но Рик держался ради жены, обнимая ее.

– Что происходит? Что им известно? – спросил он. И я вновь восхитился этим мужчиной. Ни за что бы не поверил в это каких-то двадцать четыре часа назад. Столь многое изменилось, и вот я стою в благоговейном трепете перед ним. Рик обхватил ее лицо. – Просто дыши. Поговори со мной.

Мэгги так и сделала, шевеля непослушными дрожащими губами. Кивнув, она, казалось, взяла себя в руки достаточно, чтобы заговорить.

– Клио возвращалась в университет на машине, – начала она. – Столкнулась с несколькими машинами. Она перевернулась и… Боже, Рик. Я не знаю. Больше они мне ничего не сказали. Только что все было плохо, и им понадобилось провести операцию. Я все утро заполняю эти бумаги, и я…

– Все в порядке. – Он взял у нее планшет и казался бы совершенно спокойным, если не считать морщинки, что пролегла у него между глаз. В моем отце, без сомнения, клокотало множество чувств, но он сдерживал себя. Рик кивнул. – Позволь, я все сделаю. Пойду разузнаю больше информации.

– Пожалуйста. О боже. Моя малышка.

– Все будет хорошо. Я со всем разберусь.

Она кивнула, опустив голову, и позволила мужу поцеловать себя. После этого Рик схватил меня.

– Можешь побыть с ней, пока я…

Наверное, сейчас он мог бы попросить меня о чем угодно. Я бы все сделал.

Держи себя в руках.

– Конечно, – сказал я. – Да. Конечно, хорошо.

Мой голос звучал далеко не так уверенно, как его, но, видимо, достаточно, чтобы отец оставил меня. Он сжал руку Мэгги, целуя ее, прежде чем отправиться в глубь реанимационного отделения. Людей здесь набилось как сельдей в бочке.

– Вам что-нибудь нужно? – удалось мне спросить мачеху, стараясь, чтобы мой голос звучал так же ровно, как отцовский. – Могу принести кофе.

Возле стойки администратора стоял кофе-аппарат. Конечно, не «Старбакс», но хуже не будет.

Словно в оцепенении, Мэгги посмотрела на меня и кивнула, но прежде, чем я отошел, она коснулась моего плеча.

– Она пыталась добраться до университета, Джаксен, – сказала мачеха, и ее глаза блестели. – Она пыталась добраться до тебя. Мы знаем, что ты не отправлял это фото.

Они знали…

А она что?

Клио пыталась добраться до меня?

Губы Мэгги приоткрылись.

– Человек, который это сделал, признался Клио. Местный парень, Лосон Ричардс, сказал, что заметил тебя в клубе и отправил сообщение с твоего телефона.

Почему я не удивлен? Черт.

– В общем, Клио рассказала мне о своих чувствах к тебе, – продолжила Мэгги, отчего мое сердце учащенно забилось. – Мне очень жаль, что все это произошло. Что мы так быстро поверили, будто ты можешь так поступить с ней. Что ты воспользуешься ею.

Я пользовался, и часто. Я дал этой девушке немало причин не желать иметь со мной ничего общего.

– Она рассказала вам про нас? – спросил я, и мачеха кивнула. – Что она сказала?

Я не мог поверить в то, что Клио пыталась добраться до меня. В этом не было смысла.

Клио рассказала мне о своих чувствах к тебе…

– Лишь как много ты для нее значишь, – сказала Мэгги, сморгнув слезы. – Полиция сказала, что она писала тебе, когда…

Мое зрение затуманилось. Я не мог четко мыслить…

И, сжав мою руку, моя мачеха так и не закончила. Она просто села на свое место. Казалось, женщина сейчас развалится на части. Она обхватила себя руками, опустив взгляд в пол. Но в этой тишине я услышал слова громко и ясно. Клио спешила ко мне. Клио писала мне СМС.

Клио была здесь из-за меня.

Мой кофе остыл, пока я ждал, не обращая внимания на разбитый телефон, который разрывался у меня в кармане. Мне позвонили уже практически все друзья, и несколько раз мамы. С тех пор как я сообщил им, что добрался нормально, я больше не отвечал на звонки. Я был слишком занят битвой в своей голове. Я был причиной того, что моя сводная сестра была здесь, причиной того, что наши родители в настоящее время ничего не знали о ее состоянии, и все мы оставались в разрывающем внутренности страхе перед неизвестностью. Рик ходил туда уже несколько раз, после того как отдал заполненные формы. Но каждый раз не было никакой информации. Он справлялся о новостях час за часом, но в конце концов решил, что лучше провести это время с женой.

В данный момент он держал Мэгги за руку, потирая ее с отсутствующим выражением лица. И это была моя вина.

Похоже, я все-таки разрушил его жизнь.

Я разрушил их обоих – Рика и его жену. Теперь они оболочки людей, которыми были до того, как я ворвался в их жизни. А Клио? Боже, Клио сейчас лежала где-то в этой больнице и, вероятно, боролась за свою чертову жизнь. Это было на мне. Это было моих рук дело.

– Мистер и миссис Фэрчайлд?

Они словно выиграли в лотерею, сорвали джекпот, одновременно желаемый и нежеланный, когда перед моим отцом и мамой Клио появилась врач в синем медицинском костюме с доброй улыбкой.

Пара поднялась на автомате.

– Да. Да, это мы, – сказал Рик. – Есть ли у вас новости насчет нашей дочери?

Я тоже встал, словно имел на это право. Однако я ничего не мог с собой поделать. Мне необходимо было знать, что Клио в порядке.

Мне необходимо было знать, что я не потерял ее.

Как только я это узнаю, я смогу уйти, оставить ее в покое. Она проживет тихую и счастливую жизнь в безопасности, но сначала я должен узнать. Я понимал, что это эгоистично.

– Есть, – ответила доктор, и хоть она и продолжила улыбаться им доброй, теплой улыбкой, это не внушало спокойствия. За ней не было никакой ложной надежды, эта улыбка – лучшее, что она могла нам дать. – Я доктор Филдхаус, и я проводила операцию вашей дочери Клио. Она получила серьезные повреждения. Вы знаете подробности аварии?

– Только что она писала сообщение, – мама Клио прильнула к моему отцу, прижимаясь к нему крепче. Это она ему тоже рассказала. И хотя ни один из них не сказал мне ни слова, это висело в воздухе. Мы все знали, почему Клио здесь оказалась.

Просто узнай, что она в порядке, и можешь ее отпустить.

Я должен был. Ни в одном из миров нам с этой девушкой не стоило быть вместе. Теперь я понимал, что все, что я написал ей этим утром, было глупостью. Прошлым вечером мой телефон разрядился, и только поэтому я сделал это сегодня. Утром я понял, что аппарат разряжен, зарядил его, и, вероятно, именно на эту кучу сообщений Клио и пыталась ответить.