Я была в шоке от ее инициативы, иначе не знаю, как объяснить то, что сразу согласилась. Потом долго тряслась в страхе, что разочарую эту Кравцову, что ее не устроят ни мои практически нулевой опыт работы, ни уровень компетенции. И что тем самым я будто опозорю Лешку.

Марина позвонила сама уже вечером следующего дня. Задавала вопросы, а я от волнения несла в трубку настоящий бред. Рассказала, какие предметы изучала в нашем вузе, и что потом мне пришлось брать академ и заканчивать учебу в Лондоне практически дистанционно.

Она вежливо выслушала и, не пообещав ничего конкретного, дала пробное задание — написать статью на тему «Женская красота в работах сибирских художников».

Воодушевление и азарт захватили меня целиком. Первые два дня, пока собирала материал, я не могла нормально ни есть, ни пить. Спала урывками и писала две ночи подряд. Сейчас статья готова, на сто раз вычитана и вылизана, но взять и отправить ее Кравцовой у меня не хватает духу.

Я пообещала себе, что сделаю это завтра утром.

А сейчас… Сейчас, поставив перед собой большую чашку ароматного травяного чая, я читаю то, что написала, еще раз. Прочесываю глазами каждую букву и, не удержавшись, вношу еще две правки. Финальные.

До пробуждения Ромки остается три часа, поэтому я заставляю себя лечь и засыпаю на удивление быстро.

А утро начинается традиционно — с каши с ягодами и чая с молоком. За суетой время до полудня пролетает незаметно, а потом приходит мама. Сегодня один из двух ее выходных, которые она посвящает мне и своим внукам.

— Ну, что? Как там дела с твоим разводом? — спрашивает она, разделывая курицу на порционные кусочки, — С детьми быстро решилось.

Я не рассказывала ей о нежелании Станиса разводиться, потому что боюсь, что она тут же встанет на его сторону и снова начнет давить на меня.

— Я подписала доверенность на адвоката. Теперь он будет заниматься моим разводом.

— Адвокат? — удивляется мама, — Это ж наверное кучу денег стоит?

— Нет… не очень дорого…

— Снова Денежко платит?

— Да.

Стыдно ли мне? Да, стыдно. Ситуация, если не знать подробностей, неприглядная. Я пытаюсь развестись с мужем с помощью бывшего любовника. Однако я больше не могу сопротивляться проникновению Лешки в абсолютно все сферы моей жизни. Он мне не муж, не друг и не сожитель, но поддержки за эти пару месяцев я получила от него в десятки раз больше, чем за два с половиной года от Станиса.

Только сейчас я поняла эту разницу — когда учитываются мои личные потребности, и когда они учитываются только при условии, если совпадают с потребностями Бжезинских.

И нет, я не жалуюсь, потому что никогда ни в чем не нуждалась. У меня были лучшие одежда, еда и условия жизни, но отдельным человеком, личностью я себя не чувствовала. Приятным приложением к Станису — да.

— У тебя телефон звонит, — говорит мама, врываясь в мои размышления.

— Это Лешка, — говорю я, взяв его в руку.

Никак не могу привыкнуть видеть его имя на экране. Сердце сразу пускается вскачь, а пульс взлетает до небес.

Выйдя из кухни и быстро заглянув в комнату, где играют мальчишки, я принимаю вызов и прижимаю телефон к уху.

— Привет, — раздается в нем тут же.

Я срываюсь на дрожь, потому что именно таким я запомнила его голос в моем последнем сне.

— Привет.

— Какие планы на сегодня?

— Планы?.. — уточняю недоуменно.

— На днях открылся большой детский развлекательный центр. Думаю, пацанам там понравится, — произносит Леша.

— Оу… они будут в восторге.

«А я тем более» — проносится в голове.

— Я заеду после того, как они поспят?

— Да, примерно в четыре.

— Окей, — говорит он и отключается.

После того нашего разговора мы виделись уже дважды, но никто из нас к нему не возвращался. Ни к моим признаниям, ни к моему неловкому поцелую.

Однако той стены, которую мы сломали тем вечером действительно больше нет. Лешка больше не отводит глаза, когда наши взгляды встречаются и все чаще спрашивает: «Как твои дела?»

Глава 41

Глава 41

Варя

— Как твои дела? — спрашивает Леша, усаживаясь за руль своей машины.

Мальчишки в своих креслах на заднем сидении нетерпеливо сучат ногами. Они уже поняли, что такое детская игровая комната, и как там должно быть весело.

Будь я в их возрасте, тоже непременно подпрыгивала бы на месте от предвкушения и визжала от радости. Мы трое все без ума от Лешки и готовы ехать с ним куда угодно.

— Все хорошо. Вчера звонил адвокат. Сказал, что все документы готовы.

Он молча кивает, заводит машину и оглядывается на сыновей.

— Поехали?

— Пехали! — кричат они в голос.

Я улыбаюсь. Несмотря на бессонную ночь и не самое приятное пробуждение, мое настроение в норме. Чудодейственный звонок Денежко мгновенно вылечил от хандры.

К тому же я чувствую потепление в наших отношениях, и собираюсь сегодня этим злоупотребить.

— Я написала статью для Кравцовой, — говорю, скосив на него взгляд, — Для Марины. Я говорила, что твоя сестра познакомила нас?

— Настя рассказывала.

— Если честно, я поначалу была настроена скептично…

— Почему?

— Мне не верилось, что я справлюсь, но…

— Ты же хорошо училась?.. — перебивает Лешка.

— Да, но… модное глянцевое издание! А у меня нет опыта!..

Пожав плечами, словно не понимает, о чем я, он задает встречный вопрос:

— И?.. Ты написала ее?

— Да!.. Но знал бы ты, сколько статей я перечитала для этого! — смеюсь, чувствуя душевный подъем, — И как потом тряслась, думая, что моя на фоне их окажется слишком примитивной.

— Не оказалась?

— Нет! — выдыхаю я, — Марина сказала, что она супер!.. Представляешь?!

— Представляю, — отвечает тихо, но так искренне, что у меня тут же начинает свербеть в носу.

— Она отправила ее главному редактору и пообещала к вечеру прислать новую тему статьи, которая будет опубликована в электронной версии журнала! — выпаливаю я и замираю в ожидании его реакции.

— Ты молодец, Варя, — произносит Лешка спустя небольшую паузу, — Я не сомневался в том, что ты справишься.

Боже… мне так приятно и… непривычно слышать это, что, не справившись с эмоциями, я отворачиваюсь к окну и просто пытаюсь дышать.

Станис говорил, что моего образования как раз хватит на то, чтобы я смогла поддержать беседу во время приемов в посольстве или где бы то ни было еще. На мое стремление работать в галерее он смотрел свысока и с мягким снисхождением — не верил, что когда-нибудь я смогу достичь уровня его матери.

— Я не знаю, как благодарить Настю… — шепчу, судорожно втянув воздух, — Она такая классная!.. Спасибо за то, что познакомил нас!

— Не за что, — бормочет он и замолкает.

Центр, в который мы приезжаем, действительно открылся совсем недавно. Я вспоминаю, что видела рекламу в сети. Парковка вокруг него забита до отказа, а несколько входов все еще украшены арками их цветных шаров.

Зона для развлечения детей младшего возраста занимает весь четвертый этаж. Тут и аквапарк и бассейнами и горками и батутный пар и еще сотня аттракционов, которые я раньше не видела.

— Ничего себе! — восклицаю я, вмиг потерявшись в этом море развлечений.

— Хочу туда!.. — вскрикивает Ромка, указывая рукой на электрические машинки.

— Идем, — сразу соглашается его отец.

Сначала машинки, потом лошадки и стрелялки мягкими шариками. Затем еще горки, качели и игры с аниматорами.

В итоге нам удается увести мальчишек оттуда только к восьми вечера. Оба расстроенные они сидят в своих креслах, надув губы.

— Мы приедем сюда еще! — обещаю я, глядя на них по очереди.

— Неть! — бросает Арсений, отворачиваясь.

Я смотрю на Лешу, он в зеркало заднего вида — на своих сыновей. Губы изогнуты в довольной улыбке. Мое сердце сбивается с ритма, как и всякий раз, когда я вижу его любовь к ним своими глазами.

— В гости поедем? — спрашивает вдруг, на что сзади тут же доносится дружное «да».

— В гости?.. — напрягаюсь мгновенно, — К кому?

— К моим родителям заедем.

— Что?.. К родителям? Вот так?..

Застыв в шоке, я чувствую, как мои мышцы наливаются свинцом, и пересыхает в горле.

— Как «так»?

Я поворачиваю голову и пытаюсь перехватить взгляд Лешки. Неужели он не понимает, что от волнения я сейчас грохнусь в обморок?!

— Без предупреждения.

— Маму я предупредил.

— А меня?

— Зачем? — усмехается он, — Чтобы ты успела накрутить себя, как в прошлый раз с Настей?

— Я бы успела подготовиться! — возражаю с жаром.

— Как?

— Морально, Леш!..

— Вот поэтому и не предупредил.

Но это уже не важно. Я успеваю довести себя до тихой истерики за те пятнадцать минут, что мы едем до дома его родителей.

— Что ты им рассказал? — спрашиваю, когда его машина въезжает во двор дома.

— Необходимый минимум. Что мы расстались, и ты уехала заграницу, — смотрит на меня, — Остальное расскажешь сама, если захочешь. Укол вины и смешанное с ним чувство благодарности обжигают щеки.

— Спасибо.