Марина опустилась на стул, чуть откинувшись к спинке. Щёки ещё горели от танца с Даниэлем, сердце билось быстрее, чем хотелось бы. Она взяла бокал с водой и сделала несколько мелких глотков, стараясь восстановить дыхание. За столом осталось немного людей, многие уже рассредоточились по комнате. Александр сидел напротив, рядом с ним его девушка, стройная блондинка с сияющей улыбкой. Она наклонилась, легко коснулась его губ поцелуем, а потом, чуть смеясь, поднялась и пошла в сторону танцующих.

— Скоро присоединюсь, — сказал Саша ей вслед, не поднимая голоса.

Марина невольно отвела взгляд. Вода в бокале показалась горькой, хотя это была просто вода. Она поставила бокал на стол, пытаясь сосредоточиться на чужих разговорах вокруг, но внимание всё равно цеплялось за его силуэт. Александр чуть откинулся назад, провёл ладонью по подбородку, будто раздумывал, стоит ли вставать или остаться. Его глаза на секунду встретились с её глазами, и Марина ощутила, что поймана в ловушку.

В комнате было тепло, охладительные напитки уже не спасали от легкого жара, который разлился под кожей после танца. Из-за смеха, музыки и шороха разговоров вокруг всё сливалось в один общий фон. Марина села чуть боком к столу, подалась к бокалу и поправила прядь волос за ухом, стараясь выглядеть спокойно. Александр двинул к ней тарелку с фруктами, будто самый обычный знак вежливости.

— Как давно ты здесь, в Штатах? — спросил он так, словно речь шла о случайном знакомом.

— Два года, почти сразу после... ну, всего, — она сделала глоток, не сказав ни о чём напрямую, но он кивнул, подцепив вилкой виноград. — Сначала было тяжело, а потом втянулась. Нашла работу, даже друзей завела. Вроде бы уже своя жизнь.

— Вижу, — перешёл на русский Саша, внимательно глядя на неё. — Ты… изменилась. В хорошем смысле. Уверенная стала.

— Где же ты был всё это время? Я писала тебе.

Александр чуть откинулся на спинку стула и вздохнул.

— Потерял доступ к номеру, — пояснил спокойно. — Новый телефон, новый аккаунт, а старый так и остался там. Всё обнулилось. Так что если и писала, я ничего не видел.—Он чуть прищурился и добавил с привычной насмешкой. — Хотя, признаюсь, я не поверю, что ты прямо усердно писала. Ты же до этого молчала.

Марина приподняла брови.

— Вот ещё! Я писала. И не раз.

— Правда? — он склонил голову чуть набок, тоном больше задирая, чем сомневаясь. — Тогда покажи.

Марина возмущённо выдохнула.

— Саша, ты невыносим! Думаешь, я тут сижу и всё выдумываю?

Он рассмеялся, подвинул к ней бокал с водой.

— Нет, я просто хочу увидеть, как ты краснеешь, когда окажется, что сама себе придумала оправдание.

Марина почти обиженно достала телефон, разблокировала его и открыла мессенджер. Но экран показал пустоту. Она вспомнила, как только вчера удалила старый диалог. Щёки мгновенно запылали, и она мысленно выругалась, что не дождалась хотя бы этого вечера.

— Ну вот… — она захлопнула телефон и прижала ладонью экран. — Удалила. Вчера. Стерла всё, чтоб самой не лезть.

Александр смотрел на неё чуть мягче, без привычной насмешки.

— Значит, всё-таки писала, — сказал он спокойно, почти серьёзно. — Жаль, что я не видел.

Марина пожала плечами, будто старалась отмахнуться, но на самом деле чувствовала, как сердце бьётся быстрее. Она наконец поняла: ей действительно не хватало именно этих разговоров, его поддразнивания, его смешков — и вот сейчас, в этом шумном доме, всё вернулось, будто они никогда не теряли связь. Она хотела что-то добавить, но в этот момент к их столику подсели двое гостей с бокалами шампанского. Мужчина в ярком пиджаке шумно отодвинул стул, женщина с ним прыснула от смеха и тут же включилась в разговор о музыке и танцах. Александр чуть отстранился, улыбнулся вежливо, но глаза его всё ещё были на Марине. Она тоже смотрела на него, будто слова, которые так и не успела сказать, повисли где-то между ними.

— Ты пойдёшь ещё танцевать? — спросил он негромко, перекрывая шум вокруг.

— Может быть, — ответила Марина, стараясь говорить так же непринуждённо, но внутри у неё всё дрожало.

Один из новых собеседников хлопнул Сашу по плечу, заговорил с ним, втягивая в обсуждение футбола. Марина воспользовалась моментом, чтобы перевести дыхание, сделать глоток вина и спрятать взгляд.

Музыка в гостиной стала громче, ритм потянул за собой гостей на импровизированный танцпол. Саша, как и обещал, поднялся из-за стола и пошёл к своей девушке. Та, едва заметив его, обняла за шею и засмеялась, увлекая в танец. Он позволил, даже улыбнулся, но улыбка была какой-то вымученной. Марина, оставшись за столом, медлила. Сделала глоток вина, поправила волосы и только потом встала, отыскивая взглядом Даниэля. Он болтал с кем-то у барной стойки и, заметив её, сразу подошёл. Марина взяла его за руку, почти нарочно, чтобы казалось естественным, и позволила увлечь себя в общий круг.

Обе пары встретились почти напротив друг друга. Саша держал девушку близко, её яркое платье мелькало в свете ламп, она смеялась и что-то шептала ему на ухо. Марина же, стараясь быть лёгкой и непринуждённой, смеялась над какой-то фразой Даниэля, даже слегка прижималась к его плечу. Но ни она, ни Саша не смотрели по-настоящему на тех, кто был рядом. Их взгляды раз за разом находили друг друга поверх чужих голов, сквозь движение и музыку. В этих взглядах читалось всё, и ревность, и тоска. Марина поймала себя на том, что сравнивает прикосновения Даниэля с тем, как держал её Саша. И от этого внутри поднималась странная горечь.

Саша, в свою очередь, едва слушал слова своей девушки. Всё внимание тянулось туда, где Марина смеялась, и каждый её жест резал ему глаза. Им обоим хотелось одного, остаться наедине, хотя бы на пару минут. Но совесть давила, напоминая, что рядом люди, которым они сейчас принадлежат. Марина чувствовала, как эта мысль жжёт изнутри, а Саша понимал, что любое лишнее движение выдаст его желание слишком явно. Они продолжали улыбаться и танцевать, играя роли, которые от них ждали, но внутри обоих глодало чувство неправильности. Несправедливости. Потому что именно сейчас, среди чужих улыбок и музыки, они сильнее всего ощущали, как им нужны друг другу.

К концу вечера шум и смех начали спадать. Кто-то уже собирался домой, кто-то дремал в кресле, укрывшись пледом. Музыка звучала тише, больше для фона. Марина вместе с Даниэлем вышла в прихожую, он помог ей надеть пальто, и пока сам болтал с хозяином дома. Она стояла в стороне, поправляя воротник, когда рядом появился Саша, тоже в пальто, его девушка что-то весело рассказывала хозяйке, задержавшись у стола.

Они остались почти наедине, в узком коридоре, где гул вечеринки доносился уже приглушённо. Марина сделала вид, что застёгивает пуговицу, лишь бы не смотреть на него первой. Саша стоял рядом, близко, так что чувствовалось тепло его плеча.

— Ну и совпадение, — негромко сказал он по-русски, будто между делом, глядя вперёд.

Марина выдохнула, не удержав улыбки.

— Случайности, Саша, иногда слишком уж похожи на чью-то шутку.

Он чуть наклонил голову к ней, не меняя выражения лица.

— Дай мне номер, — тише, чем прежде. — Тот, который рабочий. Чтобы уж наверняка.

Она резко обернулась, будто слова ударили сильнее, чем стоило. Несколько секунд колебалась, разум кричал «нет», сердце толкало вперёд. Потом достала телефон, быстро набрала цифры на его экране и вернула.

— Только не исчезни снова, — шепнула, сама не понимая, зачем сказала это.

Он посмотрел на неё внимательно, сдержанно улыбнулся уголком губ и так же тихо ответил.

— Постараюсь.

Их окликнули, Даниэль уже стоял у двери, подзывая Марину. Она кивнула Саше, спрятала телефон в сумку и пошла к своему спутнику. А Саша задержался на секунду дольше, глядя ей вслед.

Такси проезжало вдоль вечерних улиц, огни города бежали в окне золотыми полосами. В салоне пахло дешёвым освежителем и чем-то сладким из коробки на приборной панели. Даниэль говорил без пауз, увлечённо пересказывая, как его друг собирается открыть новый бар.

— Представляешь, прямо в Сохо, с винтажной мебелью и винной картой, как в Европе. Я даже думаю вложиться, если он серьёзно к этому подойдёт.

Марина кивнула, улыбнулась вежливо, но мысли ускользали. Она видела не бар и не Сохо, а короткий миг в коридоре, когда Саша посмотрел прямо в глаза. Всего одно слово, но оно будто разбудило внутри что-то забытое.

Даниэль заметил её отстранённость.

— Ты слушаешь? — спросил он.

— Конечно, слушаю, — она чуть встрепенулась. — Просто устала, вечеринка была шумная.

Он не сводил взгляда.

— Устала… или задумалась?

Марина прикусила губу, не найдя сразу ответа.

— Когда мы танцевали, ты улыбалась, но я видел, что улыбка не мне. Глаза у тебя были… как будто ты думаешь о ком-то другом,— мягко, но настойчиво продолжил Даниэль.