В палату ворвались врач и медсестра, которых привел Марк.

— Так! Что тут у нас? — Андрей Евгеньевич, включил фонарик и протянул руку, чтоб приподнять Нике веки, и в этот момент она открыла глаза.

Глава 46. Суд

Глава 46. Суд

— Именем Российской Федерации… рассмотрев обстоятельства уголовного дела…

Ника чувствовала, как внутри натянулась невидимая струна. Она была в таком состоянии с момента, как ей дали последнее слово.

По прошествии месяца после комы, Марат сказал, что в суде ее должны будут отпустить за недостаточностью улик. На заседания ее привозил Зверев. Официально Ника находилась под домашним арестом. Уже на третьем заседании она заподозрила что-то неладное. Если бы планировали закрыть дело, то это бы уже произошло, но слушания продолжались. Марат успокаивал, повторяя одну и ту же фразу: "всё идёт по плану".

И вот сегодня в конце заседания неожиданно и для нее, и для ее нового адвоката, которому ее поручил Марат, ей предоставили последнее слово. Ника встала, растерянно пробежалась взглядом по лицам присутствующих в зале и, не найдя среди них Зверева, отказалась что-либо говорить. Судебная коллегия удалилась в совещательную комнату, быстро вернулась и вот ей уже зачитывали приговор.

— …Суд постановил: признать Савельеву Веронику Максимовну виновной в совершении предумышленного убийства… — монотонно бубнил председательствующий судья.

Слабая едва теплящаяся надежда на то, что всё происходящее все же как-то вписывается в "план", разбилась вдребезги. Струна внутри лопнула. Ника побледнела, пошатнулась, но заставила себя удержаться на ногах.

— … и назначить ей наказание в виде лишения свободы сроком на пятнадцать лет….

Выходит, Марат обманул ее?! Опять бросил?! К предательству невозможно привыкнуть. Больно также, как и в первый раз, если не сильнее.

— Вероника, не отчаивайтесь, — адвокат бросился к стеклянной изолирующей кабине, в которой находилась Ника, — Я завтра же подам апелляцию! У нас масса поводов…

Молодой парень, недавно закончивший юрфак, не мог смириться со своим первым профессиональным поражением, и искренне жалел свою подзащитную. Он заискивающе пытался поймать ее взгляд.

— Да, да… Конечно… — пробормотала Ника, пока конвойный выводил ее из зала суда.

Дальше все происходило словно в тумане, словно не с ней. Ее усадили в автозак, пристегнули к металлическим поручням, закреплённым в полу, и долго везли. Ника понятия не имела куда именно, но разве это было важно? В любом случае, в очередное место, где небо в клеточку. Автозак резко тормозил на светофорах, от чего Ника соскальзывала со скамьи. Конвойные болтали, травили анекдоты и даже пару раз громко рассмеялись над остроумной шуткой водителя.

Ника же в это время морально умирала. Пятнадцать лет! Когда она выйдет, Марк будет уже взрослым парнем. Она не увидит ни как он пойдет в школу, ни как научиться плавать, как он мечтал… Ничего! Она ничего не увидит. Слезы брызнули из глаз. Ника выжила там, где любая другая умерла! Для чего? Чтоб провести эту чудом сохранённую ей жизнь за решеткой?

Примерно через час автозак остановился. Нике с ее места было не видно, что это за место, но судя по очертаниям, которые угадывались сквозь маленькие зарешеченные окна, они были где-то среди улиц и жилых кварталов. Конвойные вышли, хлопнув передними дверьми машины. И через несколько минут место занял другой водитель. Он завел машину, и Ника думала, что они сейчас тронутся дальше в путь, но тут засовы на дверях рядом с ней начали открываться.

— Пять минут для посещения туалета, — гаркнул новый конвойный, распахнувший двери, и ловко отстегнул ее наручники от поручней.

Схватив Нику за предплечье, он буквально выволок ее из машины. У Ники подкосились ноги, и она чуть было не повалилась на землю, но конвойный ее удержал и в быстром темпе направился в узкий проход между зданиями. Там оказалась дверь черного входа, потом мужчина вел ее по лабиринтам коридоров полицейского участка и, завернув за очередной угол, они оказались у двери санузла. Ника ожидала, что они войдут туда, в то время как, конвойный открыл дверь кабинета, расположенного рядом и втолкнул Нику туда. В помещении, сложив руки на груди, их ждал Марат. Конвойный, ни слова не говоря, скрылся за дверью, оставив их наедине.

— Надо же! Решил проститься или натрахаться впрок?! — прошипела Ника змеёй, — Сволочь!

— Мда… Ты в своем репертуаре, — хмыкнул Марат и вынул из кармана ключи от наручников, — Переодевайся, — он кивнул на вещи, лежащие на стуле, растягивая браслеты на ее руках, — Живо!

— Переодеваться? — Ника растерянно захлопала глазами.

Стало понятно, что Марат явно встретился с ней не для того, чтобы попрощаться. А для чего?

— Что происходит? — Ника продолжала стоять неподвижно у двери.

— Некогда объяснять! Переодевайся! Прямо поверх своего надевай! — рявкнул Марат, схватив вещи со стула и впихнув ей в руки.

Ника развернула одежду. Бесформенный ком оказался рабочим комбинезоном черного цвета. От напряжения, неизвестности, пережитого шока ее тело одеревенело. Ника неловко присела на стул, несколько раз безуспешно попыталась попасть в штанину.

— Твою мать! Ты издеваешься? — вышел из себя Марат.

Он присел перед ней на корточки и, схватив ее за лодыжки, ловко натянул на нее брючины, накинул лямки, пристегнув пуговицы впереди и протянул ей куртку. С курткой Ника более-менее справилась. В это время Марат, собрав ее волосы на макушку, надевал на нее кепку, надвигая на лицо.

— Я буду идти впереди, ты следом! Опусти голову, чтоб не было видно лица! Не отставай! — Марат наклонился, заглядывая ей в глаза, — Чтобы не случилось, не останавливайся и не отставай! Ты поняла?!

Ника рассеяно кивнула. Он круто развернулся и распахнул дверь, устремляясь в коридор. Ника едва поспевала за ним. Ей становилось все страшнее от того, что происходило. "Чтобы не случилось? А что должно что-то еще случится?!" — вперившись взглядом в его широкую спину, думала она. И ответ на этот вопрос не заставил себя долго ждать: раздался вой сирены, вокруг стали распахиваться двери, им навстречу промчались несколько сотрудников участка, снимая оружие с предохранителя на бегу. Марат не обращал внимание на происходящее и продолжал идти на выход. Паника внутри Ники нарастала. Отчаянно хотелось остановится, забиться в ближайший угол, но она понимала, что Зверев никогда и ничего не говорил, и не делал просто так. Значит, ничего не оставалось, кроме как взять в себя в руки и идти.

Марат и следовавшая за ним Ника стремительно вышли из парадных дверей отделения полиции, пересекли двор, в который прибывали и прибывали новые служебные машины. Сотрудники из них выскакивали и бежали внутрь здания. Они вдвоем прошли мимо шлагбаума. Дежурный даже не взглянул на них. Все его внимание было приковано к чему-то, что происходило в глубине, на территории полиции. Он держал в руках рацию и смотрел в направлении здания. Марат перешел на другую сторону улицы и нырнул в подворотню напротив въезда в участок. В этот момент раздались выстрелы.

— Что происходит? — Ника нагнала его и схватила за рукав.

Марат остановился, толкнул ее к стене и закрыл собой так, что она могла видеть улицу только из-за его плеча.

— Пожалуйста, объясни, — Ника дрожала всем телом.

— Осужденная, которую этапировали в колонию, совершила попытку бегства, — тихо произнес Марат, стоя спиной к отделению полиции и сжимая ее талию.

— Но… зачем? Они же найдут и увеличат срок, — ужаснулась она.

— Они уже нашли, — невозмутимо ответил он.

— Что? — все еще ничего не понимая, Ника вцепилась в его предплечье.

— Смотри, — глядя куда-то в конец проулка, произнес Марат.

Полицейские теперь все выходили из здания и собирались во дворе. Вскоре из входных дверей вынесли носилки, на которых лежал черный мешок.

— Кого-то застрелили… — Ника прижалась к нему еще сильнее.

— Осужденную… — прокомментировал Марат, — Бедная женщина. Не смогла смириться с тем, что ближайшие пятнадцать лет придется провести за решеткой. Вот и совершила эту глупую, безнадежную попытку бежать.

Глава 47. Полет

Глава 47. Полет

— И что дальше? — упавшим голосом спросила Ника, поняв, что путь в прошлую жизнь окончательно закрыт.

— Идём, — Марат взял ее за руку и повел сквозь проход к припаркованному в подворотне автомобилю.

— Я теперь навечно в рабстве у ФСБ? — Нику стала накрывать истерика.

Вместо ответа, Марат остановился, привлек ее к себе, впечатав лицом в грудь. Ника уже вовсю захлебывалась слезами.

— Детка, все закончилось. Не плачь. Нельзя было поступить иначе. У Пороха есть сообщники на самом верху. О тебе могли узнать. Климов неизвестно, как поведет себя, когда выйдет из психушки, да и Темновы не так уж безобидны, как кажется на первый взгляд. Поэтому Савельева должна была умереть, — объяснял он, не позволяя ей отстраниться.

Марат лукавил. Это были не все причины, по которым он инсценировал ее смерть. Теперь Марат был не намерен расставаться с Никой, а те, кто был так близок ему, как она и Марк, не могли быть в безопасности, оставаясь для всех теми, кто они есть.

Дождавшись пока она немного успокоиться, Марат снова повел ее к автомобилю. Усадив на переднее пассажирское сидение пристегнул, и, молча, тронулся в путь. Ника узнавала улицы, по которым они ехали, и поняла, что они на окраине Москвы и вот-вот выедут за ее пределы.