– А если попробуешь, получишь особый ВИП-опыт. Почувствуешь себя совсем как на льду посреди хоккейной драки. Понятно объясняю?

Джаспер сглатывает.

– Да, – мямлит он.

Чейз опирается рукой о кирпичную стену и нависает над ним.

– Не приходи к ней на работу. Или домой. Не разговаривай с ней. И не будь мелким гребаным засранцем, вымогающим у нее деньги. Ты ей изменил и мог сильно навредить Начо.

Райкер рычит.

– Так что и близко не подходи ни к ней, ни к ее собаке, – он делает паузу. – Иначе…

Мне понятно, что кроется за этим «иначе». «Иначе мы сделаем тебе больно». Моему бывшему тоже все понятно, потому что Джаспер сглатывает и живо кивает.

– Не слышу. Тебе понятно? – спрашивает Райкер самым угрожающим тоном на свете.

– Да, – в ужасе отвечает Джаспер.

Они улыбаются.

– А теперь извинись за то, что ты придурок и изменщик, – говорит Чейз.

– Извини, что я придурок и изменщик, – бормочет Джаспер, глядя себе под ноги.

Чейз закатывает глаза и указывает в мою сторону:

– Скажи это Трине.

Они отходят от моего бывшего, и Джаспер встречается со мной взглядом. Он выглядит абсолютно несчастным. Меня это неимоверно радует.

– Прости меня, – бормочет он.

Райкер закидывает руку ему на плечо. Большую сильную руку, сжимающую его, как будто говоря: «Я тебя запросто в порошок сотру!»

– Скажи: «Прости меня за то, что я придурок и изменщик и никогда не был достоин такой богини, как ты».

Джаспер трясется, но смотрит на меня со слезами в глазах и говорит:

– Прости, что я придурок и изменщик, который никогда не был достоин такой богини, как ты.

Я улыбаюсь – я на седьмом небе от счастья.

– Правда. Ты меня не достоин, – признаю я этот факт и всю мощь своей крутизны.

– Можно я пойду, пожалуйста? – спрашивает у них Джаспер, разбитый и опозоренный.

Чейз задумчиво постукивает себя по подбородку.

– Трина, ты хочешь ему еще что-нибудь сказать?

На самом деле, да. Складываю руки на груди, задираю подбородок и снова улыбаюсь.

– Знаешь что? Оказывается, я кончаю, как рок-звезда. Пока-пока, Джаспи!

Машу ему вслед, когда он убегает.

До чего приятно!

Еще приятнее, что я до смешного возбуждена от того, что сделали мои парни.

Пять перчиков чили по шкале пикантности!

Глава 31. Наше тайное свидание

Глава 31. Наше тайное свидание

Чейз

Чтобы профессионально заниматься спортом, нужно многое уметь. Особенно – замечать возможности и пользоваться ими.

Прямо сейчас я смотрю на возможность.

Трина Бомонт стоит в примерочной шоурума Шарлотты Эверли. На ней сидящее по фигуре бирюзовое платье, и она соблазнительно улыбается.

Эта девушка прекрасна.

Мы записались на индивидуальную консультацию с дизайнером, о котором нам рассказывала сестра Райкера.

Поэтому вот она, Трина, демонстрирует одно сногсшибательное платье за другим. Шарлотта отошла ответить на звонок, поэтому мы втроем одни на втором этаже. Я сижу на розовом пуфике, который мне совсем не к лицу. Райкер устроился в темно-синем кресле.

– Ну как, подойдет для свадьбы? – спрашивает Трина, скользя рукой по шелковистой ткани.

Ага, вот и возможность! Как будто я выхожу в игре один на один.

– Идеально, – говорю я, изголодавшись по ней так же, как и она по нам.

Она прикусывает губу.

– Только мне нужна помощь с молнией.

Между мной и воротами ничего нет. Только риск.

Наспех взвешиваю все за и против. Несколько дней назад за завтраком мы договорились быть осторожнее. Но сейчас мы здесь одни. Не на виду. И наша девушка так заливается краской, ее глаза так сверкают, что на уме у нее может быть только одно.

Я вижу фантазию в ее глазах и хочу дать ей все, чего она пожелает.

Это осознание возникает из ниоткуда и потрясает меня.

Я смотрю на девушку, с которой знаком всего неделю, и у меня ненадолго перехватывает дыхание. Всего неделя, а мне в голову лезут такие безумные мысли! Например, о том, чтобы остановить время, чтобы понедельник никогда не наступил…

Таким безумствам нет места ни в моих планах, ни в жизни.

Но возможно – только возможно – ради нее я придумаю новый план.

Черт возьми, это слишком опасная идея! Мне необходимо отвлечься от таких мыслей.

Сосредоточиться на реальности. На покупке одежды. На том, чтобы осыпать ее подарками. Чтобы приносить ей удовольствие. Чтобы она чувствовала себя невероятно.

Все это мы с другом можем для нее делать еще три ночи.

– Ну, тогда мы тебе поможем, – говорю я.

Она поворачивается с озорной улыбкой и шагает в просторную примерочную. Мы тотчас поднимаемся с мест и следуем за ней.

Я запираю дверь и встаю за ее спиной. Райкер поднимает ее волосы и проводит пальцами по ее шее. Трина дрожит, а я расстегиваю молнию. Какое восхитительное чувство – вместе ее заводить! Смотреть, как она испытывает сдвоенные удовольствие, как жаждет этого. Ей так нравится ощущать наши прикосновения по всему телу!

Она дает рукавам упасть, потом разворачивается и выскальзывает из платья.

Я издаю стон. На ней бледно-розовый лифчик и розовые шортики. Она шагает ближе.

– Спасибо вам за то, что сделали раньше, – говорит она.

– Не благодари, – отвечаю я.

– Правда, нам только в удовольствие было, – добавляет Райкер.

– Но я хочу, – шепчет она, проводя одной рукой вниз по его груди, а другой – по моей. Затем ее талантливые руки принимаются за наши джинсы. – Меня так возбудило, как вы вели себя у кофейни, – говорит она, опускаясь на колени и расстегивая его ширинку, а потом мою, высвобождая наши члены. Со взглядом, полным обожания, она облизывает его головку, глядя мне прямо в глаза.

Во мне вспыхивает желание.

И вопрос: как я дошел до такой жизни?

Трина обхватывает меня и начинает гладить, не отводя взгляда и не прекращая сосать Райкера.

Если бы неделю назад у меня спросили, входит ли в мои самые сокровенные эротические мечты делить с кем-то одну женщину, я бы ответил «нет». Но за последние семь дней я стал полностью одержим ею и тем, как мы трахаемся.

С ней я узнал о себе много нового. Раньше в постели я только давал, как и положено настоящему мужику. Но с ней я сам не свой. Я хочу утопить ее в блаженстве, наблюдать за тем, как она возбуждается, ласкать ее везде, пока она не сойдет с ума от удовольствия.

Хочу довести ее до безумия.

Иногда до безумия ее доводит желание ублажать нас. Восторг в ее глазах, когда она заботится о нас обоих, как наркотик. Ничто из того, что я пережил, не сможет превзойти в сексуальности тот искрящийся азарт, с которым она отдается нам обоим. Это абсурдно, уму непостижимо – так возбуждаться от того, что женщина отсасывает другому парню и ласкает тебя одновременно. И тем не менее вот он я.

Мое тело как чертов факел. Моя девушка – пламя.

Еще одно движение языка, еще одно глубокое сглатывание, и она переключается, берет его ствол в руку, а мой – в порочный волшебный ротик.

Я сдерживаю стон. Мои ноги дрожат от возбуждения. Мой член неимоверно счастлив быть в центре ее внимания. Откидываю каштановые волосы от ее изумительного лица, чтобы любоваться тем, как она берет меня в рот, глядя на моего друга из-за очков в красной оправе.

Тяну ее за волосы, но ничего не говорю. Мы все молчим – на всякий случай. Следуем неписаному правилу и наслаждаемся моментом.

Я нуждался в этом с тех пор, как мы встретили ее бывшего. Какой кайф указать этому парню на его место! Я не ожидал, что заступаться за нее будет так волнительно. Но это просто праздник какой-то – дать ему знать, что никто в целом свете не в праве угрожать нашей Трине.

Мне так отчаянно нужна разрядка, что я чуть не схожу с ума, когда она берет меня глубже. Вскоре мой мозг слишком взбудоражен, чтобы думать, – и хорошо. Потому что я начинаю воображать такие моменты и в будущем – после того, как закончится наша неделя.

Мне видятся возможности, хотя я знаю, что не смогу ими воспользоваться. Последние несколько лет я стремился к единственной цели, и мне нельзя отвлекаться, как бы хорошо с ней ни было.

С нами.

Как бы хороша ни была эта неожиданная договоренность. Секрет, принадлежащий только нам.

Закрываю глаза и отдаюсь чувствам молча, но сполна наслаждаюсь моментом, с дрожью изливаясь ей в горло.

Она отстраняется, чтобы позаботиться о моем лучшем друге, и во мне нет ни капли ревности. Я счастлив наблюдать, как она доводит его до конца с безумным удовольствием в глазах и рукой, запущенной в трусики.

Нет, так не пойдет.

Я ни в коем случае не позволю ей самой этим заняться. В мгновение ока опускаюсь на колени у нее за спиной и обвиваю рукой, поглаживаю клитор и дарю ей заслуженное блаженство. Она кончает через несколько секунд после Райкера. Ее тело дрожит в моих объятиях.

* * *

Через двадцать минут Райкер и я покупаем Трине гору платьев, некоторые даже с карманами. А еще блузки, туфли и белье, потому что у Шарлотты есть и такое.

– Ты будешь выглядеть сногсшибательно! – говорит Трине дизайнер.

Она улыбается, на секунду потупив взгляд, а потом встречается глазами с Шарлоттой.

– Спасибо! Мне очень нравятся ваши работы. Я давно на них засматривалась.

Шарлотта благодарно улыбается, не прекращая складывать шелковые платья и яркие блузки в сумки, а потом поворачивается ко мне.

– Такой милый подарок для девушки! – говорит она.

Ощущаю укол вины.

– Она заслуживает самого лучшего, – говорю я и приобнимаю Трину, жалея, что Райкер не может поступить так же.

Он стоит рядом с каменным лицом и ничем себя не выдает.