— По чужим документам, — пожимает плечами шеф. — Давай, ты в поле отработай, а я тут пошустрю. Надо найти ту гниду, что выписала фальшивый загранпаспорт. И как его погранцы пропустили!

— Работаем, — киваю я. Беру с выдвинутого столика папку с документами. Подсвечивая сотовым, пролистываю наспех. В самолете еще будет время почитать.

День удивительных открытий, бл. дь.

Печатаю матери сообщение, что меня отправили на задание. Открываю чат с Ленкой. Буравлю взглядом тонкую строчку «Была в сети одну минуту назад» и гипнотизирую маленькую аватарку.

Напиши мне. Ты доехала или нет?

— Гусь, а что тебя ночью по набережной носило? — насмешливо интересуется Вадик Соколов, мой зам по оперативной работе. — Свиданькался? Вроде не по рангу уже.

— Воздухом свежим дышал. Не спалось мне, — вру и не краснею.

Но и обсуждать с кем-то Лену я не намерен. Тем более сейчас. За грудиной зреет пустота, верный предвестник гнева. Пальцы сжимаются в кулаки.

Обещал я ей, бл. дь. Она и воспользовалась. И молчала все эти годы. И мама моя даже не намекнула. Хороши обе. Нечего сказать…

— Слышь, Парфен, — обращаюсь к шефу. Сзади замолкает как по команде группа специального назначения. — А помнишь, когда ты меня на себе по пустыне пер… Операция «Сахарок»… Ты говорил, я бредил все время. А что болтал, помнишь?

— А ты думаешь, Гусь, я каждое твое слово записываю? — усмехается криво начальник и добавляет тихо. — Лену какую-то звал. Убеждал, что скоро поправишься, и она тебе сына родит. А я еще думал, ну какая, бл. дь, Лена, если у тебя жена Оксана и двое сыновей. А выходит, и Лена есть? — смотрит на меня в упор.

— Есть, — киваю твердо. — А с Оксаной я развожусь.

И тут же отправляю знакомому адвокату поручение.

«Твоя задача — уговорить Оксану Петровну подать на развод. Если она не будет упорствовать и все сделает правильно, ей отойдет квартира, где она сейчас живет. Если нет, я знаю, как ее прищучить», — иду ва-банк.

Смотрю в окно на поднимающееся над горизонтом солнце и неожиданно понимаю простой и непреложный факт. Когда я вернусь, развод уже вступит в законную силу. Останется только подхватить на плечо Гусеву и оттащить в ЗАГС. А потом уже по попе надавать.

Сына я ей обещал. Сына! Она и взяла сама. Как подарочек из-под елки.

Перед глазами уже маячит щуплый мажор Леша. Не иначе как в честь моего деда названный. Хороший пацанчик такой. А у меня ж и не екнуло ничего. Не знал бы, так и прошел бы мимо.

Стискиваю зубы, боясь выдать себя. И до конца операции запрещаю себе думать о Леше и о его матери. Приеду, разберемся. Ясен пень, жить будем вместе. Заберу я всю семью из Валдаевского гадюшника. Вот только в квартире мы все не поместимся. А значит, дом нужен… Недалеко от города.

— О чем задумались, товарищ генерал? — выдергивает меня из потока мыслей и планов мой помощник Тихонов.

— Да вот дом хочу купить. В пригороде. Чтобы речка рядом, и до города недалеко. Лесок какой-никакой поблизости…

— Так у меня сестра — риэлтор! — поспешно встревает Тихонов. — Такой дом подгонит! Ммм, — целует пальцы, сложенные щепотью.

— Пусть ищет, — киваю я. — Сейчас дам контакт. Пусть согласовывает с ней варианты, — пробалтываюсь как дурак.

— Так ты действительно разводишься с Оксаной? — штырит меня взглядом начальник. — Проблемы будут с продвижением по службе, Олег Иванович. Не стоит, право…

— Развожусь, — заявляю упрямо. — Давно пора.

— Ну, она, эта твоя Лена, хоть стоит того? — смотрит на меня жалостливо шеф.

— Она одна сотни таких, как Оксана, стоит, — рычу глухо. И отвлекаюсь на жужжащий сотовый.

«Я дома. Все хорошо. Машину куда перегнать?» — присылает сообщение Леночка.

«Пусть у тебя постоит. Целее будет», — отправляю в ответ.

«Ты уверен?» — спрашивает она.

«Да, на все сто. Как вернусь, сразу к тебе», — печатаю и слышу над ухом скрипучий голос шефа.

— Все, пацаны. Скоро аэропорт. Телефоны сдать на базу.

Толстыми пальцами долблю по клавиатуре, стараясь успеть. Попадаю не на те кнопки. Раздраженно стираю и печатаю заново.

«Люблю тебя до неба!» — только успеваю отправить и выключаю трубку.

Глава 34

Глава 34

Под утро я приезжаю домой. Дергаюсь в нетерпении. Жду весточки от Олега. Должен же он как-то отреагировать? Любому человеку про сына скажи, он же обрадуется. А тут…

Ладно, сначала обалдел. А потом? Должно же наконец дойти до этого твердолобого мужика!

Жду десять минут, пятнадцать, а потом сама отправляю сообщение. Докладываю, как доехала. Спрашиваю, куда отогнать машину. И Плехов, мой любимый Плехов, лишь сухо отдает указания. Ни словечка не пишет о том как счастлив.

«Люблю тебя до неба!» — присылает дежурное признание и наступает полная тишина.

Как дура, до утра не могу уснуть. Все ворочаююсь и думаю, пытаюсь понять, как дальше сложится наша жизнь?

Олег же приедет? Правда?

Обнимет и скажет…

Я ни на что особо не надеялась. Родила для себя ребенка от любимого мужчины. И ничего мне не надо. Есть у меня все. Сама могу еще одного ребенка поднять. Но можно же хоть пару слов написать? Как рад, как благодарен… Но Плехов молчит, а я извожусь вся на говно. Зачем сказала? Опять в его глазах оказалась предательницей?

«Может, он занят и перезвонит, как освободиться?» — уговариваю себя.

Но проходят сутки, за ними другие. Тетя Света бледная и несчастная сообщает, что ее ненаглядного сыночку услали непонятно куда. Связи нет, информации тоже.

Сердце обмирает, а я все жду. Иногда отправляю эсэмэски и звоню. Но в ответ тишина. И абонент недоступен.

Что же получается?

Меня игнорят? Добавили в черный список и забыли?

Олег никак на новость о Леше не отреагировал. Просто исчез и все.

«Слился», — как говорил Альберт.

«Зачем я только сказала!» — корю себя изо дня в день. Так не знал ничего и жил спокойно.

Так нет же! Дернул меня кто-то за язык. Призналась на свою голову. И что теперь? Как он поступит?

— Привет, красивая, — выводит меня из состояния вялотекущей паники Милочка Реутова. Моя подружка по молодости и первая жена Ромы Извека, лучшего друга Альберта. — Новости знаешь? Губера у нас снимают и назначают на должность какого-то боевого генерала. Да ты его знать должна. Он тоже из Вербного…

— Что? — охаю я. — Из нашего Вербного?

— А у нас в Агдальской области есть еще какое-то Вербное? — насмешливо тянет Мила. — Из вашего. Некто Олег Иванович Плехов. Знаешь такого?

— Да, конечно, — вздыхаю я тяжко. По голове словно кувалдой дают. Мне бы сейчас не заорать в голос, не завыть горьким воем, как по покойнику.

Губернатор, значит? Его там взаперти держат, что ли? Позвонить не дают?

Не хочет. В этом вся причина. Потом, конечно, придумает множество всяких отмазок. Но я уже ничему не верю. Та, первая реакция, истинная была. Неприятно удивился Олег Иванович. Напрягся сильно и свалил в даль светлую.

А теперь вот на область его поставили. Интересный поворот.

— Да, знаю, — говорю нехотя. Каждое слово дается с трудом, будто горло стальные клещи пережимают.

— Ну и что за мужик? Чего нам от него ждать? — торопливо интересуется Мила. — Сейчас придет новая метла, заметет по-новому.

«Вам ничего!» — так и хочется ляпнуть. А вот мне… И Леша под угрозой, и бизнес. Олег ни перед чем не остановится. Всех собак на меня повесит. Припомнит мой побег двадцатилетней давности и Альберта, а самое главное — Лешу. Ну и что делать прикажете?

Руки трясутся, в голове пусто. Что дальше делать, ума не приложу.

— Альберт, — поднявшись в библиотеку, сажусь в кресло и смотрю на портрет мужа. — Что мне делать? Что? Что бы ты сам сделал?

И неожиданно понимаю, как нужно действовать.

Вывести из-под удара сына не получится. Тут придется договариваться с Плеховым. И чем меньше у него будет возможностей надавить на меня, тем лучше. А значит, бизнес придется переписать. Естественно, Олег с этой стороны может зайти. Натравить на меня контролирующие органы. А потом придет как прекрасный благодетель и предложит все порешать. Отдать ему Лешу на воспитание. Или велит к нему переехать.

«Нет, мой дорогой! Не выйдет!» — всхлипываю в голос и звоню своим однокурсникам. Вадику Косогорову — он у нас в городе владеет самой крупной клиникой пластической хирургии и Илье Алексину — этот занимает высокий пост в администрации области.

Можно, конечно, еще и Акулу привлечь. Но не хочу. У Плехова не должно появиться даже тени сомнения в подлинности сделки.

— Вадик, — шепчу в трубку. — У меня неприятности. Можешь приехать?

— Конечно, Ленок, — соглашается Косогоров. — Домой или в офис?

— На дачу, ладно? Сейчас пришлю адрес.

— Хорошо, Лен, — успокаивающе бросает Вадим.

Алексин тоже быстро соглашается. Слава богу, никого упрашивать не надо.

— Гриша, надо на рынок за мясом и овощами съездить, — прошу Старостина. — И машину Олега Ивановича загнать в гараж.

— А ты слышала, Елена Васильевна?

— Да кто ж не слышал? — отмахиваюсь я. И лихорадочно думаю, что бы еще предпринять?

Лешу в детский лагерь отправить? Или самой с ним за границу с уехать? А дочки? Их из универа срывать нельзя. Господи, вот же напасть!

Хожу из угла в угол и не могу успокоиться.

Выдыхаю только когда приезжают друзья.

— Гуляй, рванина, от рубля и выше. По какому случаю банкет? — смеется Вадим Косогоров. Обнимаемся, как будто и не расставались никогда.

— У нас не банкет, а поминки, — бубнит Алексин, а я одергиваю его.