– Ты могла бы избегать его. Но мне кажется, что это не очень флорский поступок. Флора, которую я знаю, берется за дело с головой! Она не прикусывает язык, она определенно не прячется!

– Все это правда. Но та Флора никогда раньше не испытывала ничего подобного!

– Что самое худшее может случиться? Ты рассказываешь парню о своих чувствах, а он говорит, что не чувствует того же? И поверь мне, он не собирается этого делать.

– Я даже не задала ему всех вопросов, на которые мне нужны ответы. Он может оказаться совершенно неподходящим…

Ливви вздыхает.

– Это потому, что все это в общей сложности не имеет значения. В конце концов вы договоритесь о том, где провести вашу свадьбу в зимней стране чудес, если он тебе подходит, но вы ничего этого не узнаете, пока не дадите событиям шанс развиваться естественным образом. Ты всегда уходишь, не дав любви шанса, потому что они не знают имен оленей Санты или еще какую-нибудь блажь, но на самом деле это потому, что ты всегда знала, что они не были твоими единственными… до сих пор.

– Что? Это неправда!

– Да, это так. Вот почему ты на первом свидании задаешь им серьезные вопросы, которые, как ты знаешь, отпугнут большинство мужчин. Это защитный механизм! Я только сейчас поняла это. Ты постоянно обсуждаешь эти вещи, но на самом деле причина в том, что этот механизм у тебя есть!

– Что ж, спасибо, но я не согласна.

– Так и есть! Ты так боишься по-настоящему влюбиться, что мгновенно отвергаешь мужчин, когда они не соответствуют твоим критериям, но с Коннором ты чувствуешь себя по-другому!

Она чертовски права.

– О боже, так что же мне делать?

– Каков следующий этап вмешательства?

– Никакого плана нет. – Я стону. – Но он пригласил меня к себе в домик посмотреть рождественский фильм. И на минутку, рождественский фильм – «Крепкий орешек».

– «Крепкий орешек» – не рождественский фильм.

– Вот именно! Но Коннор, похоже, думает иначе.

– О, видишь? Он хочет делать то, что тебе нравится! И для него это рождественское событие. Это так чертовски мило.

– Я уверена, что он делает это терпеливо. Я буду снимать свои собственные рождественские фильмы, чтобы мы могли продолжить их в дальнейшем, и тогда он действительно узнает, каково это – быть с праздничной Флорой. Если он не сможет высидеть «Отпуск по обмену», значит, он не для меня.

– Хорошая идея, так что устройте киномарафон завтра вечером, если тебе действительно нужно избежать его сегодня вечером, а потом посмотрим, как ты себя почувствуешь.

– Хорошо, хорошо, да, я думаю, это лучший план. – Я меняю тему на ее мужчину, чтобы отвлечься от зацикливания на своем. Это довольно утомительно, любовные дела. – Итак, как поживает твоя личная жизнь? Как там Лос-Анджелес?

– Джаспер самый симпатичный. Я всегда просыпаюсь от множества забавных видеообращений, и мы обсуждаем возможность его приезда в апреле на пару недель, но до этого еще целая вечность, так что посмотрим. Он кажется слишком дружелюбным и терпеливым, так что, вероятно, с ним действительно что-то не так…

– Он что, разведенный отец троих детей?

Она смеется.

– Да, что-то в этом роде!

– Если он обрушит на тебя такую сенсацию, я не думаю, что тебя это будет волновать, не так ли?

Ливви размышляет об этом.

– Нет, вряд ли. Нет, если он определенно несвободен. Это значит быть здесь, в Лос-Анджелесе. Рисковать и не иметь времени все хорошенько обдумать. В свободное время я хочу делать то, что делает меня счастливой, и если это означает, что я немного схожу с ума от похотливых мыслей, пока Джаспер здесь, то так тому и быть.

– Вау, это огромная перемена для тебя, Лив.

– Если я могу это сделать, то и ты сможешь.

Глава 30

Глава 30

На следующий день я открываю фургон и выставляю свои отполированные безделушки на всеобщее обозрение. После хорошего ночного сна все становится лучше. Я измучилась от того, что застряла внутри этого любовного пузыря, поэтому сегодня чувствую себя отдохнувшей и готовой покорить мир. Я расставляю стеллажи у входа, отметив, что для такого холодного, морозного утра небо ясное и безоблачное. Ракель подходит ближе и замечает, что я смотрю вверх.

– Как ты себя сегодня чувствуешь?

– Намного лучше. Коннор согласился на сегодняшний вечер?

Она кивает.

– Да. Правда, он беспокоился о тебе, но я уверила его, что это просто сильная головная боль и после небольшого отдыха с тобой все будет в порядке.

– Спасибо за поддержку. Я просто… у меня просто был момент.

– Это случается с лучшими из нас. Возможно, мы увидим северное сияние сегодня вечером.

У меня перехватывает дыхание. Прошли недели, а никаких признаков волшебного северного сияния.

– Откуда ты знаешь? – Насколько я могу судить, нет реального способа уточнить, когда произойдет это явление, и именно неизвестность делает его самым особенным.

– Безоблачное небо всегда является признаком того, что оно может появиться.

– Я надеюсь на это.

– Я тоже, оно имеет уникальную способность заряжать меня энергией. Наверное, это звучит безумно. – Она смеется. – Но я всегда чувствую эту связь небес с землей, как будто оно посылает положительный заряд или что-то в этом роде. Очищает и исцеляет нас своим эфемерным присутствием.

– Держу пари, это самое красивое зрелище.

– Знаешь, ты можешь загадать на нем желание, и оно сбудется.

– Откуда ты знаешь?

– Это случилось со мной.

– А чего ты хотела? – спросил я.

– Я не могу тебе этого сказать, это касается только меня и северного сияния.

Я смеюсь.

– Ладно, что ж, давай подождем и посмотрим, достаточно ли нам повезет, чтобы это появилось.

– По этому поводу существует множество суеверий. Некоторые люди думают, что это рай и души умерших возвращаются, чтобы помахать нам рукой. Вот почему они могут исполнять желания. Для них это способ установить связь, показать, что они все еще рядом, помогая нам из запредельного мира.

По моей коже пробегают мурашки. Я думаю о своей бабушке. И маме Коннора. Я думаю о маленькой девочке, которая посетила Deck the Halls, и ее матери, удивительной Грейс. Они там, наверху, ждут шанса подключиться? Чтобы исполнить желание? Если бы кто-нибудь мог соединить небо и землю, чтобы послать мне знак, это была бы моя бабушка, и у меня наворачиваются слезы при мысли о том, что она может быть частью этого кружащегося изумрудного неба.

– Ух ты, я не знала. Но мне нравится эта идея.

– Не забудь загадать это желание, Флора. Я вернусь позже. Мне нужно установить карусель. – С этими словами она уходит, а я продолжаю смотреть на голубое зимнее небо, задаваясь вопросом, правда ли это. Неужели это души умерших там, наверху, в каком-то звездном, мерцающем раю, ожидающие возможности соединиться. Почему бы и нет, если это дает кому-то надежду, если немного облегчает переживание потери.

Приходят утренние покупатели с широкими веселыми улыбками, неся горячие напитки в многоразовых чашках. До Рождества осталось совсем немного времени, и ситуация снова набирает обороты. Я перепроверяю все свои запасы и решаю сделать последний заказ у Ханны. Я отправляю ей эсэмэс с заказом, и она отвечает, что доставит его, чтобы сэкономить мне время, хотя у нее самой не так уж много лишнего. Я полюбила Ханну как вторую мать.

Ясный день привлекает множество покупателей, и я с большим удовольствием провожу их в пряничный домик и предлагаю присесть, чтобы отведать горячие шоколадные пирожные с начинкой из зефира. Внутри пряничного домика стоит стол, уставленный всевозможными рождественскими безделушками, и они не торопятся, рассматривая их. Я думаю о том, как Коннор из кожи вон лез, чтобы получить разрешение, хотя я и не следовала правилам. В конце концов мы добились своего!

Пряничный домик привлекает и Обитателей фургонов, и вскоре я сижу за столом с Ракелью, Сэмюэлом, Эви и Туомо.

Мы обсуждаем наши планы на Рождество, и я тронута, когда Ракель приглашает меня отпраздновать это событие со своей семьей.

– Берегись, Флора. Они поднимут из-за тебя большой шум и будут настаивать, чтобы ты продолжала есть, даже когда будешь готова лопнуть по швам.

Значит, прямо как моя бабушка?

– Звучит идеально, Ракель. – Действительно ли сегодня Рождество, если ты не готова лопнуть по швам и впасть в пищевую кому? – Для меня самое то!

– Мы также поучаствуем в юулусауне, так что времени на пищевую кому не будет.

– Что это?

– Рождественская сауна!

– У вас есть слово, обозначающее рождественскую сауну? Это дикое место!

– Да, это традиция!

– Я должна быть голой в присутствии твоей семьи? Нужно быть храбрым, а потом есть… это.

Она бросает на меня шокированный взгляд.

– Нет, Флора, никогда! В семейной сауне мы ходим в халатах!

Группа разразилась смехом.

Я смеюсь вместе с ними.

– Что ж, это я смогу.

Хотя я с радостью принимаю приглашение и испытываю облегчение от того, что для участия в юулусауне будут выданы халаты, часть меня задается вопросом, что Коннор будет делать в этот день. Проведет ли он его в одиночестве? Будет есть что-то явно непраздничное и смотреть бессмысленный телевизор вместо того, чтобы сидеть за столом с людьми, которые о нем заботятся? Потому что, что бы он ни думал, здесь есть много людей, которым не все равно. Особенно мне.

Словно прочитав мои мысли, Ракель говорит: