– Я постараюсь, если придется к слову, – пообещала я, хотя и не собиралась ничего подобного делать. Мне просто хотелось посмотреть фильм, расслабиться и забыть обо всем.

– Отлично. Я приду завтра, покажу, какие платья мне удалось найти. Хорошего тебе вечера с моим будущим папой.

Я засмеялась.

– Спокойной ночи, Кеннеди.

Когда я вошла в квартиру, дядя сидел на кухне и разгадывал кроссворд.

– Привет, малышка. Как дела на работе?

– Отлично. Ничего не пролила, – усмехнулась я, демонстрируя свой чистый фартук.

Он улыбнулся.

– Готова к просмотру фильма?

– Ага. Только быстренько переоденусь.

Я включила свет в спальне и направилась к шкафу. Сняла рубашку и принялась искать чистую пижаму.

– Бруклин?

Моя душа ушла в пятки, и я едва не закричала от ужаса.

Обернувшись, я увидела Мэтта. Прямо посреди комнаты. Он не сводил глаз с моей груди.

Боже! Я тут же закрыла грудь в лифчике руками. – Ты рехнулся? Давно здесь сидишь?

– Не знаю. – Он посмотрел на часы. – Час. Может, два.

– Дядя дома.

– Я сидел тихо.

– Ладно. Это неважно. Потому что ты сейчас же уйдешь. Немедленно. – Я подошла к окну и открыла его.

– Бруклин…

– Немедленно, – повторила я и жестом указала на пожарную лестницу.

Нужно было запереть это чертово окно. Но я не думала, что Мэтт придет после сегодняшнего. После того как он сидел и молчал, пока Изабелла издевалась надо мной на глазах у всей школы. Он рассказал ей о нас. Он соврал, что мы с ним спали. И все это время смеялся надо мной у меня за спиной вместе со своими дружками.

– Я так и думал, что ты расстроишься из-за меня.

– Ты думал, что я расстроюсь из-за тебя? медленно проговорила я, словно пытаясь осознать смысл его нелепых слов. – Мэтт, я не просто расстроилась. Ты спокойненько сидел и позволил Изабелле измываться надо мной и моим дядей. Ты ничего не сделал! Ты хоть понимаешь, какие чувства ты теперь у меня вызываешь? – Я не дала ему возможности ответить. – Между нами все кончено. Выметайся из моей комнаты!

– Прости меня за сегодняшнее. Но я же говорил, что не могу общаться с тобой в присутствии Изабеллы. То, что произошло, ужасно, но…

– Никаких «но». Я не хочу, чтобы ты здесь находился. Не хочу с тобой разговаривать. Я даже видеть тебя не хочу. Уходи.

Колдуэлл даже не двинулся с места.

– Ты говорил или не говорил своим друзьям о том, что мы с тобой занимались сексом?

– Что? – Он нахмурил брови. – Нет!

Я покачала головой. Я ему не поверила. Да и как можно было ему верить после всего случившегося? – В какие бы игры ты не играл со мной, все кончено. Я больше не хочу тебя видеть. Теперь живо убирайся из моей комнаты!

– Бруклин, я не понимаю, о чем ты говоришь! – Мэттью наконец сделал шаг. В мою сторону.

– Джеймс рассказал мне. Или ты возьмешься отрицать, что хвастался своим друзьям, как мы с тобой якобы спим вместе? Всем, включая Изабеллу!

– Что? Да, я буду отрицать! Потому что это абсолютная неправда. И Джеймс никогда не сказал бы такого.

Я сложила на груди руки, стараясь защититься от его лжи всеми способами.

– Выходит, я лгунья? Ты веришь своему другу-наркоману, а не мне? Я порвала с Феликсом… ради тебя. Я уговорила Феликса, чтобы он больше не продавал Джеймсу наркотики… ради тебя. Я готова была встречаться с тобой втайне от всех… ради тебя!

– Джеймс не наркоман! У него просто черная полоса в жизни. – Колдуэлл пригладил золотые волосы и этим жестом отвлек меня. Я отвернулась и достала топик от пижамы, которую искала до этого.

– А теперь ты пытаешься обмануть самого себя, – сердито бросила я. – Дядя уверен, что я переодеваюсь. Мы собирались посмотреть кино. Если я задержусь, он решит проверить, все ли в порядке. Ты должен уйти.

– Никуда я не уйду, пока мы все не обсудим. Я хочу извиниться за то, как вел себя за ланчем. Мне жаль, что тебе приходится выслушивать сплетни, будто мы занимались сексом. Прости, что не заступился. Мне чертовски жаль, и я не знаю, что еще могу сказать.

Ему жаль?.. Я возненавидела эту фразу после смерти матери. Она казалась мне совершенно бессмысленной, и сейчас мое мнение на сей счет не изменилось. Существуют другие, более значимые слова. Куда более правильные, чем «мне жаль». Я никогда не приму такое нелепое оправдание.

Мэтт мог засунуть свою жалость себе в задницу. – Тебе не жаль. Ты продолжаешь защищать Джеймса, хотя Изабелла разузнала все обо мне только благодаря ему. Мэтт, он меня шантажировал. Твой идеальный друг совсем не так идеален.

– Я никогда не утверждал, что он идеален. Но шантаж? Он не Изабелла.

Боже, как мне хотелось придушить его!

– На вечеринке в прошлые выходные я увидела, как Феликс сунул ему какой-то наркотик, не травку. Джеймс сказал, что, если я кому-нибудь об этом расскажу, он выдаст мой секрет. И знаешь, сегодня за ланчем я пыталась этому помешать, я думала, он расскажет о нас с тобой! Если Джеймс разболтает правду в присутствии Изабеллы, она выдаст все, что имеет на тебя! И я надеялась предотвратить катастрофу. Умоляла Феликса, чтобы он снова начал продавать ему товар. Но я рада, что Феликс не успел подойти к Джеймсу. Потому что теперь я поняла, что ты за человек.

– И что я за человек, Бруклин? – Его грудь вздымалась и опускалась, как будто он с трудом сдерживал накопившуюся ярость. Но мне было наплевать на его чувства.

– Человек, с которым я больше не желаю иметь ничего общего.

Мэтт сократил разделявшее нас расстояние.

– Мы оба знаем, что это неправда.

– Иди к черту!

Я собиралась оттолкнуть его. Но едва мои руки коснулись его футболки, пальцы вцепились в ткань. – А ты заставь меня пойти туда.

Его губы прижались к моим губам. Или мои – к его?.. Не скажу точно. Знаю только, что целовала его так же яростно, как и он меня. И мне от этого стало лучше. Или хуже? Я определенно сошла с ума.

Колдуэлл застонал мне в рот. Этот звук я готова была слушать вечно, слыша его, я теряла рассудок.

Но на этот раз я все равно не смогла забыться и все-таки оттолкнула Мэтта от себя.

– Прекрати. – Я отступила на шаг, надеясь, что исходивший от парня дурацкий запах корицы наконец-то выветрится у меня из головы. Я быстро натянула рабочую рубашку. Лицо у меня стало совсем пунцовым.

– Бруклин, мне действительно жаль. Если ты говоришь, что Джеймс тебя шантажирует, что ж, я тебе верю. И поговорю с ним. Заставлю оставить тебя в покое. Ты должна была сразу мне обо всем рассказать.

А ты должен был заступиться за меня в столовой. Я закрыла глаза и вздохнула.

– Вообрази себе, как я сегодня себя чувствовала. По шкале от одного до десяти. А потом умножь это на десять. Потому что каждый день, когда я просыпаюсь, мне тяжело дышать. У меня с трудом получается держать себя в руках. Я потеряла не только маму. Я потеряла лучшего друга. Я потеряла дом. Я потеряла все. – Я вытерла побежавшие по щекам слезы, злясь на проявление слабости. Мне хотелось открыть глаза и посмотреть на Мэтта, но я не могла этого сделать. Боялась, что, если встречусь с ним взглядом, растеряю остатки мужества. – Но, в конце концов, мне все-таки удается собраться в кучку. И в этом мне очень помогает великодушие моего дяди. – Я старалась говорить спокойным голосом. – Возможно, если бы Изабелла смеялась только надо мной, я бы простила тебя за то, что ты ничего не предпринял. Но она смеялась и над моим дядей. Ты мог защитить хотя бы его. Он не имеет никакого отношения к вашим с Изабеллой делам. А ты позволил ей издеваться над случайным свидетелем. Этого я уже не могу вынести. И я никогда не прощу тебя.

– Но я не знал, что мистер Сандерс – твой дядя.

Я наконец-то посмотрела на парня. Удивительно, что Мэтт не назвал его «уборщиком Джимбо».

Для меня это было важно.

– Ну, теперь ты знаешь. Так что валяй, называй его «уборщиком Джимбо» за моей спиной. Рассказывай своим друзьями, как мы с тобой трахаемся. Но если ты еще раз появишься у моего окна, то я… я… столкну тебя с пожарной лестницы!

Мэтт улыбнулся.

– Я же знаю, что ты это не серьезно.

– Я влюбилась в тебя, Мэтт. Но мне надоело вечно падать вниз. В этом году я уже однажды достигла дна. Я больше так не хочу. Следующего такого падения я попросту не переживу. – Куртка Мэттью все еще лежала на стуле около моей кровати. Я взяла ее. – Забирай куртку и отдай ее той девушке, с которой тебе будет не стыдно разговаривать в школе.

Я швырнула куртку ему.

– Я не стыжусь тебя.

– Правда? Сегодня ты не заступился даже не за меня, а за моего дядю. Ты долбаный трус, Мэтт. А я думала, что могу на тебя положиться. Ты узнал, что я племянница уборщика. Но промолчал, как и остальные ребята. И я прекрасно поняла смысл твоего молчания. Так что можешь идти.

Я вышла, оставив Мэтта в своей комнате.

– Ты забыла переодеться, – засмеялся дядя.

– Я передумала. Мне и в этой одежде хорошо. – Я плюхнулась на кушетку рядом с ним. – Что включим?

Он взял пульт, а я забралась под теплый плед. Дядя включил «Незваных гостей», возможно, потому что мы уже смотрели этот фильм на прошлой неделе и оба смеялись от души. Я видела, что он пытался отвлечься после тяжелого дня. Но мне не удавалось сосредоточиться на забавных приключениях Винса Вона и Оуэна Уилсона.