– Кеннеди…

– Вот поэтому я и решила, что у него было свидание. Он даже позвонил маме и попросил ее, чтобы она накормила тебя обедом, а сам сообщил ей, что с кем-то встречается.

– Подожди… что?

– Я думаю, он пытается заставить маму ревновать! Потому что он ее любит! И когда он вчера вернулся, то принес ей какие-то бумаги на подпись только для того, чтобы показать ей свой крутой костюм.

– Бумаги?

– Это неважно. Бруклин, если они поженятся, мы станем сестрами!

Нет, все не так. Джим был моим дядей, а не отцом. – Подожди, но при чем тут наш проект «Секретный отец»?

Господи, неужели я только что сказал это вслух? – Да, скорее это связано с моим будущим новым папой. – Кеннеди пожала плечами. – Прости.

– Но ты сказала, что он дал твоей маме какие-то бумаги на подпись?

Она хлопнула в ладоши в тот самый момент, когда мы поднимались по ступенькам школы «Эмпайр-Хай».

– Ты права. Возможно, это свидетельство о браке!

Я засмеялась.

– Так ты думаешь, что он пошел на свидание с другой женщиной, чтобы вызвать ревность у твоей мамы, а потом тут же на ней жениться?

– Да, теперь, когда ты это сказала… – Кеннеди горько усмехнулась. – Ну, а вдруг это черновик брачного договора? Они вполне могли влюбиться друг в друга.

Может быть.

– Но мне они всегда казались просто друзьями.

– Даже не знаю… Мама вчера вечером очень волновалась, пока Джим ходил на свое свидание. Вытаскивала еду у меня чуть ли не изо рта и все время старалась сменить тему разговора.

– Потому что ты постоянно намекала на тройничок с моим участием.

– Возможно. Или же она все это время скучала по дяде Джиму! И даже если они еще не поженились, все равно могут это сделать в скором времени! Так странно, если однажды я перестану называть его «дядей», правда? – Она покачала головой. – Хочу рассказать обо всем Капкейку. Увидимся на английской литературе!

Подруга махнула мне рукой и убежала вприпрыжку.

Я покачала головой и остановилась около своего шкафчика. Дядя Джим и миссис Алькарас? Я повесила куртку и взяла книги. Нет, я не могла представить это с такой же легкостью, как Кеннеди. С другой стороны, если они в самом деле поженятся, я смогу каждый день есть вкусные панкейки. И эмпанады. И хотя речь шла о моем дяде, а не об отце, Кеннеди не ошибалась – мы с ней станем практически сестрами. Возможно, об этом и был тот разговор, который подслушала Кеннеди? Что в школе у меня появится родственница, если дядя Джим и миссис Алькарас поженятся. В таком случае, миссис Алькарас могла и не догадываться, кто мой отец, и я еще нескоро выясню правду.

Я вздохнула, закрыла шкафчик. И в тот же момент подпрыгнула от ужаса. Потому что рядом, сложив руки на груди, стоял Джеймс. Вид у него был хмурым и неприветливым.

– Я думал, мы договорились, – процедил он.

Я с трудом проглотила образовывавшийся в горле комок.

– Ну да. – Я осмотрелась. Вокруг бродили учащиеся. Но, в отличие от Мэтта, Джеймс не переживал, что нас увидят вместе.

– Думаешь, я не заметил, что в последние недели ты сблизилась с Феликсом? А теперь он вдруг решил, что больше не будет продавать мне товар. И ты хочешь, чтобы я поверил, будто это чистое совпадение?

– Он перестал продавать тебе наркотики? – Я бы даже улыбнулась, если бы Джеймс не пытался испепелить меня взглядом. Феликс выполнил мою просьбу. Он рискнул ради меня своим бизнесом.

– Не играй со мной, Сандерс.

Он назвал меня по фамилии точно так же, как это делал его младший брат. Только, в отличие от Роба, он не шутил. Вид Джеймса показался мне очень… рассерженным.

– Я не играю, – ответила я, стараясь говорить спокойно. – И я не говорила Феликсу, чтобы он больше не продавал тебе товар.

– Говорила. И у тебя есть время до ланча, чтобы все исправить, иначе вся школа узнает твой секрет. – Джеймс… Мы с Феликсом дружим почти с того момента, как я перевелась в «Эмпайр-Хай». Еще до того, как увидела, что он продает наркотики. – Я перешла на шепот. – Я сблизилась с ним вовсе не для того, чтобы он перестал продавать их тебе. Это же смешно.

Парень наклонился.

– Смешно? Называешь меня смешным, Сандерс?

– Нет, – тихо пробормотала я. – Но не исключено… что у тебя есть проблемы, Джеймс. И ты можешь использовать шанс, чтобы от них избавиться. – Так вот из-за чего весь шум и гам? Переживаешь за меня? – Уголки его губ изогнулись. – А я-то думал, что ты трахаешься с Мэттом.

И в этом заключался «страшный» секрет? Джеймс понял, что мне нравится Мэтт. Но он не знал, что я могла оказаться его родственницей. Меня это немного успокоило. Кроме того, его сведения были ошибочными. Мы с Мэттом всего лишь целовались.

– Я не сплю с Мэттом. И если это и есть твой большой секрет, который ты хочешь всем разболтать, валяй. Я только посмеюсь над тобой.

– Это не секрет, Сандерс. Мэтт рассказал мне все даже не с глазу на глаз. Он посмеялся над тобой вместе с Робом и Мейсоном. Изабелла тоже там была. Все это знают.

– Ложь!

Мэтт утверждал, что о нас никто не узнает. Он бы никому не рассказал. Тем более, так. Тем более, Изабелле. Чушь! Он ненавидел Изабеллу и не стал бы распространяться на подобные темы в ее присутствии. Я прекрасно понимала, что Джеймс врет, но почувствовала, как задрожала моя нижняя губа. – Нет. Когда ты посмотрела мне прямо в глаза и сказала, что я смешной, вот это была ложь. Потому что мы оба знаем, что это ты уговорила Феликса оставить меня ни с чем. Доброго тебя дня, Сандерс. Потому что, если ты не исправишь свою ошибку, день для тебя превратится в ад.

* * *

Все утро я старалась сохранять хладнокровие. Даже на физкультуре. Но когда я пошла в столовую, меня охватила паника. Я обрадовалась, что Феликс перестал продавать наркотики Джеймсу. Он подтвердил это, когда мы бегали вместе. И я не собиралась просить его возобновлять продажи.

Я понятия не имела, какой секрет Джеймс собирался рассказать всем за ланчем, однако решила, что это как-то связано с моим дядей. Впрочем, данного секрета я не боялась. Я не стеснялась того, что мой дядя уборщик. Будь моя воля, я бы с самого начала рассказала об этом. Но дядя хотел сохранить все в тайне.

Наверняка Джеймс собирался рассказать именно про дядю. Ведь про наши отношения с Мэттом он раскрыл карты, а утаил от меня нечто другое. Тем не менее… я испытывала дурное предчувствие. То, что он говорил про Мэтта, – наглая ложь, в этом я не сомневалась. Но вдруг он знал что-то еще? Вдруг я в самом деле являлась его родственницей? И если Джеймс объявит об этом на всю школу… тогда Изабелла точно выдаст секрет Мэттью, а секрет Мэтта наверняка был очень и очень ужасным.

Все будет хорошо. Я глубоко вздохнула, пытаясь убедить себя в этом.

Неожиданно я увидела сквозь двери столовой дядю. Он редко дежурил здесь, возможно, потому что старался избегать встреч со мной. Сейчас он шел по залу, толкая перед собой большой мусорный бак, и ждал, пока студенты опустят туда подносы. Я знала, что справлюсь с издевками. Но внезапно осознала, что не одна я стану предметом для насмешек. Над ним они тоже будут потешаться.

Да чтоб меня! Я схватила Феликса за руку прежде, чем мы вошли в столовую.

– В чем дело? – спросил он.

– Я хочу, чтобы ты немедленно подошел к Джеймсу и сказал, что готов снова продавать ему товар.

Я не могла рисковать. Возможно, секрет касался нас с Мэттом. Я надеялась, что Колдуэлл честен со мной. В противном случае, если он хвастался, что мы переспали… плевать, какой на него компромат у Изабеллы! Пусть они вдвоем катятся к черту. Но если секрет связан не с ним? Я не хотела, чтобы дядя видел, как одноклассники издеваются надо мной из-за него. Или еще хуже… чтобы они стали издеваться над ним.

Феликс засмеялся, но тут же замолчал, увидев мое лицо.

– Что? Ты серьезно? Я же перестал это делать ради тебя. Потому что ты меня попросила.

– Знаю. И я тебе очень благодарна. Но сейчас ты должен снова начать продавать Джеймсу то, что ты для него доставал.

– Бруклин, в чем дело?

– Пожалуйста.

– Бруклин.

– Пожалуйста. Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста. Ты должен. Вот прямо сейчас.

– Я не…

Я схватила его за лацканы пиджака.

– Феликс, пожалуйста. Я сделаю все, что ты хочешь. Все. Просто продолжай продавать наркотики Джеймсу!

– Ты можешь потише? – прошипел он.

Я взяла его за руку и потащила за собой в столовую.

– Мы сделаем это вместе. Я сама их продам.

– Бруклин, мы можем обсудить происходящее?

– Нет времени обсуждать! – Я повела его к столику «Неприкасаемых». – Джеймсу нужны наркотики, они у тебя есть, и ты…

– Нет у меня ничего с собой.

– Значит, скоро будут, а я буду у тебя в долгу. Пожалуйста, Феликс, у меня серьезные проблемы. Мне нужно, чтобы ты это сделал. Пожалуйста! – У меня началась истерика. Кажется, между раздевалкой и входом в столовую я окончательно потеряла рассудок.

– Ну ладно. Я все улажу. Только сначала мне нужно отыскать Капкейка… – Он оглянулся.

– Что? Нет. Клянусь богом, Феликс, если ты не пойдешь со мной прямо сейчас, то я прибью тебя во сне!

Он и правда посмотрел на меня, как на сумасшедшую. Впрочем, такой я и была.

– Ты под кайфом?

Господи, я точно сейчас его убью!

– Нет! И у тебя нет времени разговаривать с Капкейком по поводу его капкейков. Это вопрос жизни и смерти. Иди и продай Джеймсу, что он хочет. Все. Что угодно. И дай ему хорошую скидку. – Я подтолкнула его в сторону «Неприкасаемых», но Феликс стоял как вкопанный.