Губы Эмина сминают мои, полностью выбивая все шуточки из головы. Жар вибрирует под кожей, я тянусь к мужчине. Щелкает ремень безопасности, скрипит кресло…
И я оказываюсь на коленях мужчины, крепко прижата. Я упираюсь спиной в руль, колено задевает подлокотник. Но это такие незаметные мелочи, которые не волнуют.
Мои ладони лежат на плечах Эмина и кажется, что им там самое место. На жестких мускулах, большими пальцами поглаживая шею мужчины. Подбородок царапается о щетину, я сама трусь, урывая щекочущие ощущения. Словно внутри что-то порхает, крыльями бьется о низ живота, разжигая огоньки.
Я не могу остановиться, не хочу. Мне необходимы его касания, лаская с которой невозможно расстаться. Хочу забыть
– Все ещё неплохо? – я отстраняюсь, облизываю свои губы, чувствуя на них привкус мужчины. – Или уже хотя бы хорошо?
– Уже…
Эмин словно зависает на секунду, пытаясь понять о чём я говорю. Его комментарии про поцелуи были шуткой, я знаю. Но сейчас мне хочется чего-то хорошего, чтобы перекрыть такой ужасный день.
– Идеально, красавица.
Я не знаю, сколько мы целуемся. Прижимаемся друг к другу, наши руки путешествуют, словно мы не виделись целую вечность. Эмин сжимает мое тело грубо, гладит ноги, забираясь под платье. Давит на спину, впечатывая в себя. Ему словно…
Словно нужно почувствовать, что я здесь и всё со мной хорошо.
Я стону, когда он прикусывает мою губу, тянет на себя. Нервны внутри узелками стягивает, я вся натянутая струна. И Эмин, опытный музыкант, добивается от меня громких звуков.
– Черт, - не отрывается, продолжая целовать, а пальцами тянется к телефону. Косит глаза, проверяя, и снова ругается. – Всё, красавица, закончилось счастье.
– Что такое? – я дуюсь, чувствуя неудовлетворение внутри. Оно искрит и требует продолжения. – Случилось что-то?
– Не совсем. Но нужно уже заезжать к дяде, ага?
Ага.
Я фыркаю, возвращаясь на своё кресло. Одёргиваю платье, натягиваю ботинки. С силой сжимаю ноги, потому что хочется наплевать на всё и провести здесь целый день.
Только сейчас я замечаю, что ворота давно открыты. Краснею, ведь нас могли увидеть. Да, хорошо, что Эмин вовремя остановился, пока мы не устроили представление для чужой охраны.
– Ты уверен, что твой дядя простил тебя? – спрашиваю, когда муж сжимает мою ладонь, помогая выбраться из машины. – Не будет проблем?
– Никаких сюрпризов не будет.
Эмин подмигивает, а потом притягивает меня к себе. Обнимает за талию, а у меня улыбка появляется. Я прижимаюсь к его боку, уверенно шагаю рядом, чувствуя себя в порядке.
Всё хорошо.
Всё закончилось.
И во мне твердая уверенность, что Хаджиев больше никогда не допустит моего похищения.
– Эмин, - в холле нас встречает незнакомый мужчина. Крупный, с темными волосами и небольшим шрамом на шее. – Уже добрались?
И ухмылка такая, словно прекрасно знает, как давно мы на месте.
– Саид.
Значит, это дядя Эмина? Я внимательно рассматриваю незнакомца, но схожести почти не вижу. Кроме глаз, ох уж эти голубые глаза Хаджиевых. Как два маячка в обычной внешности.
Саид гораздо крупнее моего мужа, напоминает викинга или бойца. И определенно старше, хотя не настолько, как я думала.
– Я вернусь скоро, - Эмин выдает вдруг, сбивая меня столку. – Один раз я в тебя стрелял, Саид. Сделай так, чтобы в этот раз не пришлось. Позаботься о моей жене.
– Ты хотел сказать, о моей семье?
Мужчины усмехаются, одними взглядами общаются. А мне хочется дернуть Эмина, заставить посмотреть на себя. Как это он уезжает прямо сейчас? Он бросит меня в чужом доме?
Я бы так и сделала, но это семья Эмина. Наверное, такие мужчины не привыкли, когда им истерики устраивают. Есть свои традиции, под которые я совершенно не подхожу.
– Юнуса нашли, - от слов мужчины меня холодок окутывается. – Я собираюсь лично разобраться.
– Иди, - Саид кивает на открытую дверь. – Потом поговорим.
– Спасибо.
Эмин словно выдавливает из себя простую благодарность, а потом уходит. Быстро и стремительно, даже не прощаясь и не целуя меня ещё один разок.
А я смотрю в его спину, сердце сжимается от страха.
Тихая гавань разрушается, я снова в бушующем океане.
С ощущением, что плохое не закончилось.
И что-то ещё случится сегодня.
Глава 37. Дина
Глава 37. Дина
Меня тянет броситься вслед за Эмином. Повиснуть на его шее, позволить прижать к себе крепко-крепко. И он бы обязательно остался со мной, так ведь бывает во всех мелодрамах?
Но я стою на месте, провожаю мужчину взглядом. Сжимаю пальцы в замок, кусаю губу, чтобы не сделать ничего глупого. Эмин уходит, а у меня всё внутри обрывается.
– Вернись в дом, - летит сухой приказ, который я послушно выполняю.
Двери захлопываются, где-то далеко скрепят колеса по гравию. Он уезжает! Уезжает непонятно куда, на разборки с Мамедовым, которые из-за меня произошли.
Рискует!
А я ничего не могу с этим сделать.
– Здравствуйте, - выдаю глухо, самое нелепое, что можно сказать. Я стягиваю пальто, прижимаю к себе, словно он защитит от Саида.
– Давай, - забирает у меня верхнюю одежду, бросает на вешалку. – Пошли в гостиную.
Мужчина подталкивает меня ладонью в спину, мягко направляет. Обычный жест вежливости, но я дёргаюсь. Ускоряюсь, лишь бы никто меня не касался.
Не хочу больше.
Мне нужно сохранить прикосновения Эмина, как фантомные покалывания под кожей. Я цепляюсь за это, мой личный ориентир в творящемся безумии.
Саид – пугающий. Незнакомый.
Эмин когда-то пугал меня своей непредсказуемостью, мыслями, спрятанными за маской холодной безразличностью. И взглядом своим, по которому ничего нельзя прочитать.
У Саида глаза живые, взгляд цепкий, там горит интерес и внимательность, капелька настороженности. Впустил в дом диковинку, а не знает, как с ней обращаться.
Но дядя Эмина – сильный, крупный. Если я с Эмином не могла справиться, Юнуса оттолкнуть… Меня передергивает от воспоминаний. Сглатываю, понимая, что против Саида совсем ничего не смогу сделать.
Взгляд бегает по комнате, ищу хоть что-то, чем можно защититься. Эмин не привёз бы меня сюда, не будь он уверен в безопасности. Но это только мысли! А мне нужно физически почувствовать, что никто не посмеет тронуть.
Только в гостиной почти ничего нет, один шахматный стол. Фигурками в мужчину бросаться, чтобы он не подходил? Представляю это и на истеричный смешок пробивает.
– Располагайся, - кивает на диван, не приближаясь. – Могу в комнату отвести.
– Нет! Нет, здесь хорошо, спасибо.
Комната наверняка на втором этаже. Оттуда будет выбраться сложнее, снова из окна выбираться… А здесь выходная дверь близко, если повезёт, то я смогу выбежать…
Жмурюсь на секунду, стараясь собрать осколки эмоций, отодвинуть подальше. Сегодня… Не знаю, ощущение, что Мамедов добился своего. Сломал что-то во мне, раскрошил, как и хотел.
В прошлый раз было не так страшно, хотя я была совершенно не готова. Выхода не было, но… Но я смогла это перешагнуть, рискнула выбрать Эмина, до конца оставалась собой.
Теперь – что-то потерялось, не могу найти, восстановить себя, как сгоревшую картину. Фрагментов не хватает, на месте смелости – зияющая дыра, которую залатать не получается.
Мне хочется вернуться в нашу с Эмином квартиру, потрепать щенка по шерстке, забраться в постель… Нет, сначала в душ! До красноты стоять под горячей водой, жесткой мочалкой тереть кожу, избавляясь от чужих прикосновений. Выскрести из памяти всё, до крови расчесать голову, пока Юнус не исчезнет оттуда.
Я вжимаюсь в стену, когда слышу шум наверху. Кто-то быстро спускается по лестнице, врывается в гостиную. Девушка, чуть старше меня. Я выдыхаю, понимая, что она не сможет мне навредить.
– Саид! – девушка пронзает нас взглядами, разворачивается к мужчине. – Что происходит?
Я морщусь, думая, что помешала здесь своим присутствием. Сейчас ещё сцена ревности будет, а мне этого совершенно не нужно. Наверное, это жена Саида, о которой говорил Эмин. Уверена, что он называл имя, но оно не осталось в голове.
Молчу, позволяя этим двоим разобраться между собой. Чем меньше внимание ко мне, тем легче дышать. Впиваюсь в ладонь ногтями, пока кожу не начинает тянуть от боли.
– Пташка, я ведь говорил, что приедет девчонка Эмина.
– Жена, - я влезаю, хотя не должна. Ощетиниваюсь, приподнимаю подбородок и смотрю на эту парочку. – Я не девчонка Эмина, я его жена.
Это вообще сейчас не важно. Мелочь на фоне всего, что произошло сегодня. Но если я не скажу, не напомню сама себе, кто я для Хаджиева, то рассыплюсь пеплом прямо тут.
– Видишь? Жена, - хмыкает, разворачиваясь к девушке. – Ты забыла?
– Я всё помню! Но ты не говорил, что собираешь бедную девчонку запугивать!
– Пташка, не нагнетай. Я не…
– Ты – да. Посмотри на неё, да она вся трясётся и боится.
Чертыхаюсь, потому что теперь все взгляды обращены ко мне. Саид словно сканирует меня, ищет подтверждение чужим словам. А я подбираюсь, скрещивая руки на груди.
Нельзя показывать страха.
Одна слабина и больше от тебя не отстанут.
– Не выдумывай, - качает головой, но смотреть не прекращает.
– Саид, я прекрасно помню, как выглядит девушка, которая тебя опасается. Знаешь сколько времени я выглядела так же? А Эмин, между прочим, ни разу меня не пугал. Не хочешь отплатить ему тем же…