– Предлагаю вновь разжечь огонь и спалить к черту этот зал, – послышалось откуда-то сбоку, и я обернулась на голос.

Макс сидел на полу, весь, как и я, перепачканный кровью. Он щелкнул пальцами, и над ними появился огонек.

– Только скажите.

Папа поспешил к ведьмаку. Виола положила голову брату на плечо и смотрела прямо перед собой невидящим взглядом. По ее щекам беззвучно текли слезы. Она даже не моргала. Диана старалась держаться подальше от других и все время трогало лицо, пытаясь успокоиться. Ну а Артур… скажем, Артур с наслаждением изучал, из чего состоял древний вампир, изливая остатки своего гнева в крайне бесполезное русло.

– Ты уверен, что хочешь все здесь сжечь вместе с телом Владимира? – уточнил мой отец, с сомнением рассматривая, во что превратился зал.

Макс посмотрел на братьев и сестер. Возражений ни у кого не было.

– Да, уверен.

Мама подошла ко мне и опустилась рядом на колени. Она занесла руки над моей опухшей лодыжкой и принялась нараспев произносить заклинание. Из-под ее пальцев тут же пошло светло-желтое свечение.

– Ты же знаешь, у меня и так все зарастет.

– Знаю, – мама шмыгнула носом, не поднимая на меня глаз. – Но так ты хотя бы будешь меньше мучиться, пока это не произойдет. Не могу вынести, когда тебе плохо.

Стас, сидевший рядом со мной, легко толкнул меня плечом и показал глазами на мою упрямую и такую своевольную мать. На мою маму, что всегда желала мне только добра и вечно причиняла зло.

Стас помог мне оттолкнуться от стены. Поддерживая, он позволил мне подобраться ближе к матери и крепко ее обнять.

– Ты же знаешь, что я люблю тебя, правда? – сказала я, прижимая ее к себе, пусть мамины волосы и щекотали неприятно лицо.

Мама ответила на объятия и, не сдержавшись, заплакала сама.

– Конечно знаю, моя хорошая.

* * *

Мы смотрели со стороны леса, как пожарные тушат зал. Огонь перекинулся и на улицу, сжигая дотла магический сад. Языки пламени жадно ласкали территорию, пытаясь отхватить себе все больше, но Макс с Виолой не позволяли огню окончательно разбушеваться, стараясь удерживать эпицентр там, где нам было нужно. Там, где были улики.

Стас накинул мне на плечи свой порванный пиджак и обнял сзади. Прическа моя давно развалилась: пряди, слипшиеся от крови, рассыпались по плечам. Я сцепила свои пальцы с пальцами Стаса в замок и смотрела, как сгорает наше прошлое, а вместе с ним и большая часть проблем и тайн. У нас не осталось ничего, кроме надежды на будущее. Будущее, которое мы построим сами, без оглядки на чужие планы и фантазии дергающего за ниточки кукловода, чьи останки сейчас доедал жадный огонь.